В предыдущей статье я описала наш путь к следующей цели нашего посещения музея заповедника — Сибирский Острог. Мы подошли к нему незаметно, увлекаясь встретившимся нам на пути уникальными экспозициями и интересными событиями. Итак, мы на границе, ведущей непосредственно на экспозицию «Острог».
Как известно, хозяйственное освоение Сибири началось около четырёх сотен лет назад, когда основной базой расселения русских являлись «государевы» остроги, выполнявшие функции военно-оборонительных, административных и культурно-образовательных центров. Экспозиция представляет собой собирательный образ сибирского острога XVII–XVIII веков. Еще издали мы увидели строения, за высокой стеной — оградой, это и есть Острог.
Сибирь привлекала своими природными ресурсами. Большие лесные массивы предоставляли древесину для различных нужд, а с развитием геологии в XVIII веке были обнаружены и другие полезные ископаемые: серебро, золото, уголь и другие ценные металлы и минералы. Также Сибирь служила местом ссылки для преступников и непослушных граждан. Ссыльные заселяли территории и добывали полезные ископаемые. Некоторых ссылали в Сибирь на службу: иностранных военнопленных, казаков и других людей с военным опытом. Именно они выступали основной силой, с помощью которой осваивалась Сибирь. Регулярная армия – стрельцы, пушкари, полки нового строя и другие войска – в Сибири практически отсутствовали. Перед входом в Острог стоят стенды с исторической справкой об освоении Притомья — начало освоения территории Кузбасса.
Начало присоединения Сибири к России — поход казачьего атамана Ермака Тимофеевича против сибирского хана Кучума в 1581 — 1582 гг. Основная причина похода — поиск природных богатств, особенно пушнины. Главная движущая сила — служилые люди (стрельцы и казаки). Они старались убедить местные народы присягнуть русскому царю и платить ясак — налог в виде пушнины. Окончательно Сибирское ханство присоединится к Москве лишь в 1598 году.
По берегам Томи, между Томским и Кузнецким острогами, возникло еще 3 русских укрепления: Сосновский, Верхотомский, Мунгатский остроги. Из Томского 1604г. вырос город Томск, из Кузнецкого — Новокузнецк 1618г. Остальные остроги, потеряв своё оборонное значение были разобраны или сожжены.
В 1618 г — отряд томских казаков во главе с Остафием Харламовым (Михалевским) основал Кузнецкий острог (Новокузнецк). Отсюда служилые люди продвигались на Алтай. Казаки из Кузнецка в 1717г. поставили Белоярский острог (рядом с Барнаулом) и участвовали в постройке Бикатунской (Бийской) крепости.
Вокруг острогов возникали первые в Сибири русские поселения — заимки. Многие заимки со временем превратились в деревни. В них селились служилые люди и крестьяне — переселенцы. В XVII вв. казаки прошли с севера на юг почти всю территорию современного Кузбасса. Для защиты от кочевников служилые люди ставили остроги — обнесенные тыном деревянные крепости с дозорными башнями и жилыми постройками.
Верхотомский острог в 1670г. был построен как военная крепость для защиты водного и сухопутного путей из Томска в Кузнецк от набегов киргизов и калмыков. Через него проходила дорога из Томска в Кузнецк. Верхотомский острог стал центром земледельческого освоения Среднего Притомья. Согласно письменным источникам, выходцы из Верхотомского острога сыграли основополагающую роль в истории современной территории г. Кемерово, основав здесь первые деревни Щеглова (первое упоминание – 1697г.) и Кемерова/Комарова (1721г.).
Данный проект — это историко-архитектурный комплекс, состоящий из реконструированных объектов деревянного зодчества XVII-XVIII вв. Посетители могут увидеть воссозданные по материалам археологических раскопок избу приказчика, проездную трехъярусную и угловую башни, шатровую крышу, оружейную палату и хлебозапасный амбар, тыновую ограду. Все постройки возвели в натуральную величину. Эти постройки образуют целую улицу, а на их возведение ушло четыре года.
Проездная башня — одно из оборонительных сооружений острога — дополняло тыновую ограду. Была незаменима при осаде. Из бойниц — маленьких окошек и облама — выступающего второго яруса башни, вели огонь по противнику из луков и огнестрельного оружия. Гарнизон нёс дозор на верхних этажах башни. Низкие ворота упрощали оборону — в башню могли попасть только пешие воины.
Тыновая ограда — крепостная ограда из вертикальных плотно примкнутых брёвен с боевой площадкой с внутренней стороны, делался и в виде двустенных венчатых срубов с перемычками.
Здесь же находится построенная в традициях северного русского зодчества – действующая деревянная часовня во имя Абалацкой иконы Божией Матери.
В избе приказчика и амбаре восстановлены традиционные интерьеры, которые дают представление о быте и занятиях служилых людей, осваивавших в то далёкое время берега Томи. Точная копия первой базы расселения русских.
Чуть в стороне находится хлебозапасный амбар — мангазея. Теперь понятно происхождение слова «магазин». Как и слова «сусеки», по которым старуха должна была поскрести, чтобы слепить Колобка. Сусеки — представленные здесь большие ящики для хранения зерна.
«Сибирский острог» – это собирательный образ крепостей, которые строили первопроходцы в период XVII-XVIII веков. Экспозиция позволяет с головой окунуться в быт первых переселенцев Сибири. Теперь эта площадка стала местом проведения различных мероприятий, тематических дней и фестивалей. Такие мероприятия обеспечивают сохранение культуры и истории людей, живших много поколений назад. Подобное бережное отношение к мелочам позволяет детально воссоздать быт и условия жизни первых переселенцев Сибири.
300 лет назад на территории Сибири жили совершенно разные народы. Из-за того, что территория была огромная, открытая они конфликтовали, выясняли отношения, заключали союзы, создавали смешанные семьи. Так складывался современный многонациональный Кузбасс. В принципе сам регион способствовал тому, что людям особо сильно нельзя было закрываться друг от друга: огромные территории, серьезные враги.
В музее-заповеднике «Томская писаница» в экспозиции «Сибирский острог» ежегодно проходят различные мероприятия: фестивали, экскурсии, мастер-классы и концерты. «Сибирский острог» стал и площадкой для подведения итогов ежегодного конкурса профессионального мастерства. Здесь проводят Мастер-классы по старинным ремёслам — гончарному, кузнечному, ткацкому и бондарному (изготовление бочек из дерева).
Проходят ежегодные фестивали:
Фестиваль реконструкции «Каменная книга». Проводится на территории экспозиции, позволяет представить события XVII–XVIII веков, быт русских первопроходцев и коренного населения. Здесь можно было совершить настоящее путешествие во времени, очутиться в XVII веке и почувствовать на себе жизнь во времена средневековья. На огромной поляне музея-заповедника одни могли наблюдать за сражениями, познакомиться с историей ратного дела, другие — узнать больше о быте русских первопроходцев и коренного населения. Исторический лагерь реконструкторов максимально точно показывал, как жили наши предки: готовили пищу на костре, ковали оружие, чеканили монеты, занимались рукоделием. В программе — театрализованное представление о становлении Кузнецкого острога, народные игры, состязания в стрельбе из лука, показательные выступления мастеров казачьей рубки шашкой и бой на мечах. Желающие могли продегустировать блюда, приготовленные по старинным рецептам.
— Каждый год на фестивале рассказывают о каком-то сюжете из истории земли Кузнецкой XVII века. Здесь за основу взята история, случившаяся в 1639 году, – погром на Кузнецком торге, когда коренные жители, имея свои обоснованные претензии, подошли к острогу и там случился конфликт с острожными людьми: казаками, стрельцами. Погром на ярмарке закончился благополучно: кочевники ушли, ратные люди отстояли острог. Каждый желающий мог попробовать себя в роли казака или джунгарина, принять участие в мастер-классах по старинным ремёслам. А для детей работали интерактивные площадки с традиционными русскими играми. В мероприятии приняли участие более 2500 зрителей.
Фестиваль классической музыки «Симфоночь на Томской Писанице». Совместный проект Государственной филармонии Кузбасса и музея-заповедника, проводится на площадке «Поляна праздников» у «Сибирского острога». В программе — концерты Губернаторского симфонического оркестра, солистов Большого и Мариинского театров. Об этом событии я напишу позже, т.к. мы его тоже посетили. Это непередаваемые ощущения величия музыки и природы, когда всё слито в одно дыхание.
Впервые фестиваль прошёл на территории музея-заповедника в 2019 году и был посвящён 300-летию Кузбасса. С тех пор проект реализуется ежегодно. Но это уже другая история.
Мы же, посмотрев Сибирский острог, отправились дальше, в поисках новых экспозиций Томской писаницы. Мы вышли на самый живописный в музее участок по середине хвойного леса — экспозиции «Шорский улус Кезек» — этнографический комплекс. Экспозиция была открыта в 1995 году. «Шорский улус Кезек» – это комплекс подлинных жилых и хозяйственных построек шорцев конца XIX – начала XX веков. Гости «Томской Писаницы» могут посетить жилой дом зажиточного шорца «эм», летнюю кухню «сенек», увидеть амбары «анмарак», кузницу, баню «мыльча», скотный двор. Модель шорского кладбища и дом шамана дают представление о религии шорцев. Место, где расположен шорский улус, очень красивое, окружённое лесом и тишиной. Я думаю, что находясь в таком месте и жизнь становится красивой, неторопливой и тихой.
Шорцы (само название на шорском «татар-кижи») — тюркоязычный народ, проживающий на юге Кемеровской области, а также в смежной горно-таёжной местности Хакасии и Горного Алтая. Самая большая численность шорцев по переписи 2010 года — 10672 человека проживают в Кемеровской области. В 1993 году шорцы Кемеровской области были отнесены к малочисленным народам Севера. Официальный этноним «шорцы» закрепился у потомков тюркоязычных родов в верховьях Томи только к концу 1920х годов. До этого времени он употреблялся как самоназвание одного из разветвленных родов шор, проживающего в верховьях реки Кондомы. Более 80% современных шорцев проживают в городах Таштагол, Междуреченск, Мыски, Новокузнецк, Осинники и крупных поселках — Шерегеш, Чувашка, Спасск, Калары, Ортон. Оставшиеся немногочисленные разрозненные группы сельских шорцев, сохраняющих остатки традиционно-бытовой культуры и разговорный язык, проживают в таёжных посёлках по реке Мрассу и на её притоках: Пызасе, Бугзасе, Суете, Кабырзе, а также в верховьях реки Кондома.
Экспозиция включает в себя:
Усадьба зажиточного шорца (жилой дом «эм»).
Построен дом в традициях русского деревянного зодчества в посёлке Ближний Кезек в 1910 году дедом Марфы Кискоровой Николаем и его отцом Алексеем при помощи соседей. Наличники изготовил русский плотник Никита. В 30-50х годах ХХ века в доме располагалась начальная школа. Два раза здание подвергалось разборке и перестройке, с 1987 года находилось в запустении. Строение представляет тип четырёхстенной избы, рубленной «в обло» (с выступающими концами брёвен), на низкой подклети. Сруб располагается на деревянных «стульях» (пеньках). Кровля двускатная на «самцах», традиционная для шорской архитектуры. К фасаду примыкают пристройка и крыльцо «макыш», перекрытие широким навесом «чалбычак» из полубрёвен, опирающимся на четыре столба.
В конце XIX – начале XX веков традиционные зимние жилища шорцев – бревенчатые юрты – под влиянием русской культуры сменили русские избы, которые стали на рубеже XX века основными зимними жилищами шорцев. Пол настилали из кедровых плах. На потолке, под крышей хранили лыжи, нарты, шкуры, траву «азгат». В доме есть русская печь.
В доме чисто и уютно, на полу лежат тканые половички, которые мы видим в каждой русской избе. Также половички лежат на широких лавках вдоль стен, которые служили местом отдыха хозяев и ночлегом для путников.
Для ткачества шорцы заготавливали волокна крапивы или конопли, причём коноплю стали сажать под влиянием русских, и называли, как и крапиву, кендырь. Их пряли с помощью деревянных веретён иик. Пряжа сматывалась на торчащие в стене колья кендырь-чугурча. Ткали зимой или весной в жилище на станке кендырь-тыбеге.
Подвесная люлька, детские игрушки, самовар и этажерка скорее напоминают русские деревни, чем шорские, но они быстро перехватывают себе лучшие и проверенные временем традиции русского народа.
Амбар (шор. «Анмар»).
Хозяйская постройка из посёлка Ближний Кезек. Амбар был построен Кискоровым Григорием Фёдоровичем в 1912 году. В 1930е годы амбар перешёл в колхозную собственность, но затем вновь возвращён семье Кискоровых. С 1985г. принадлежал семье Отургашевых. В 1988г. амбар был куплен музеем- заповедником «Томская писаница» у Натальи Дмитриевны Отургашевой и перевезён на территорию музея.
В архитектурном плане представляет собой двухэтажную клеть, рубленную «в обло», поставленную на деревянные «стулья». Кровля двускатная на «самцах.» Покрытие из двух слоёв полубрёвен с проложенной между ними берестой. На выступах брёвен продольных стен над входом устроен мост и балкон с навесом. Лестница встроена в конструкцию балкона.
Подобного вида амбары были распространены в начале ХХ века у зажиточных шорцев, занимающихся торговлей. Внутри амбара — закрома для хранения зерна. На деревянных полках, врубленных в стену, хранились туеса с продуктами, шкуры зверей, предметы охотничьего и рыболовного снаряжения и прочий хозяйственный инвентарь. В экспозиции представлены подлинные предметы, характеризующие быт коренного населения Притомья периода конца ХIХ — начала ХХ веков.
Традиционные занятия шорцев — охота, рыболовство, собирательство, пчеловодство. На верхних полках видны нарты — использовались для перевозки груза, маски Кочо из бересты использовались для проведения обрядовых действий, ритуальный предмет, серп — земледельческое орудие, использовалось для жатвы, деревянные лопаты — использовались для веяния зерна и ореха, закрома для хранения зерна, ореха и т.д.
Вдоль стены расположены хозяйственные инструменты: мотыга — сельскохозяйственное орудие, дуга- элемент конской упряжи, плётка — использовалась для верховой езды, хомуты — часть конской упряжи, лыжный посох — для регулирования хода на лыжах, сгребания снега во время охотничьего промысла, ружьё — охотничий промысел — основа жизнеобеспечения шорцев с древних времён, котелок — для кипячения воды на охоте, лыжи охотничьи, различные виды капканов, котелок, вилы стоголётные — использовались при метании стога, косы (наконечники) — для скашивания травы, пила двуручная, ножовки, станок для рушения шишек.
Охота была главным занятием шорцев и их исторических предков. Охотились шорцы круглый год. Основной охотничий сезон длился с осени по весну. Шорцы добывали лосей, оленей, медведей, а весной отстреливали птиц — тетеревов, глухарей, уток. В пищу использовали мясо почти всех добываемых зверей. Зимой на охоту шорцы ходили на лыжах шана, которые делали из черемухового дерева, полозья обивали камусом — шкурой с голени лошади. Рулём при спуске с гор служила деревянная лопатка с длинной ручкой — каёк. На охоту шорцы ходили с фитильным или кремневым, а позднее пистонным ружьём. Поклажу охотник тянул за собой на двухполозных нартах шанак с верёвочными лямками или в волокушах сюртка из стянутой верёвочным шнуром шкуры лошади.
Большинство поселений предков горно-таёжных шорцев располоагалось по берегам рек Мрассу, Кондомы и Томи с многочисленными притоками. Рыболовство до сих пор носит сезонный характер. Ловят хариуса, налима, тайменя, щуку.
Недостаток продуктов питания шорцы восполняли сбором корней кандыка, грибов, колбы, лука, чеснока, дягиля, борщевика и различных ягод. Для выкапывания корней кандыка и сараны пользовались корнекопалкой озуп с изогнутым черенком длиной до 60 см. с поперечной перекладиной для ноги и железным наконечником. В ХIХ — в начале ХХ века товарное значение получил сбор кедрового ореха. Каждая семья имела промысловый участок тайги, где сооружался балаган, в котором хранили круглый год орудия промысла. С лета в центре кедрача, у родника, сооружали орехо-промысловый стан.
Наилучшие условия для развития пчеловодства были в низовьях Кондомы, где кроме медоносных трав до сих пор сохранился участок липового леса. Пасеки обычно обустраивались вблизи улусов, в низинах возле ручья на солнечном, хорошо защищённом от ветра склоне. Использовали ульи двух типов: «стояки» — узкие длинные колоды и «лежаки» — такие же колоды, но больших размеров, установленные на чурке под небольшим углом к поверхности земли. В ХХ веке шорцы переняли у русских рамочные ульи.
В амбаре также хранились туеса, которые использовались для хранения пищевых продуктов и жидкостей, совки для сбора ягод, лопатка для пересаживания пчёл — пасеки шорцев почти не отличались от русских, рубанок использовали для плотницких и столярных работ, сеяльница использовалась для отсеивания муки, отвеивания зерна и для посева зерна, корзина плетёная использовалась для сбора ягод, грибов, сито берестяное для очистки орехов — провеивания кедрового ореха, пабрык — использовался для растирания кедровых шишек (похож на стиральную доску), якорь для добывания орехов, для лазания по деревьям за шишками, кожемялка- с помощью её шорцы обрабатывали сыромятную шкуру диких и домашних животных. Шкуру помещали на желоб кожемялки, затем деревянным рычагом нажимали сверху, поворачивая шкуру в разные стороны. Шкура интенсивно мялась и становилась эластичной.
Летняя кухня (шорск. Сенек).
Сенек — традиционная шорская бревенчатая юрта, использовавшаяся в качестве летней кухни. Построена Александром Кискоровым в 20е годы ХХ века в посёлке Ближний Кезек. Таштагольского района Кемеровской области. Строение представляет собой квадратную в плане клеть, рубленную «в обло», на деревянных столбах — «стульях». Крыша двускатная самцовая с «курицами» и протоками. Кровля над входом вынесена вперёд. Стены сенека глухие, не имеют окон.
Внутри, вдоль стен, расположены широкие лавки, покрытые берестой, а напротив входа — очаг. Здесь располагаются все кухонные принадлежности, которые могут понадобиться хозяйке для ведения домашнего хозяйства и приготовления пищи. Строение приобретено музеем в 1989 году.
Дом шамана.
К началу ХХ века большинство шорцев стараниями Алтайской духовной миссии были крещены. Однако значительное место в духовной жизни продолжало занимать шаманство и более архаичные культы огня, гор и др. Элементы дохристианских верований сохранились до сих пор.
«Дом шамана» первоначально представлял собой летнюю кухню, построенную Александром Кискоровым в 1920е годы в посёлке Ближний Кезек. До начала 1940х гг. постройка использовалась по своему прямому назначению, затем как жилой дом. В 1988г. дом был передан Н.Д.Отугашевой в дар музею. Строение представляет собой рубленную «в обло» клеть на деревянных столбах — стульях. Крыша двускатная самцовая. Её покрытие состоит из трёх слоёв: жерди, береста, колотые полубрёвна. Около дома обязательно есть место для костра необходимое при проведения ритуалов и дерево с повязанными ленточками, чтобы задобрить духов.
В экспозиции постройка представлена как «Дом шамана» для презентации духовной культуры шорцев. Общение с духами и божествами у шорцев происходило через избранника небесного, божества Ульгеня — шамана (шорск. кам). К его услугам прибегали при болезнях, во время похорон, в традиционных родовых молениях, перед охотой, сбором урожая, при трудных родах и др. Шаман обладал особой отметиной — бугорок на пальце руки или ноги, ямка в мочке уха и др. Его главные атрибуты — бубен и колотушка с помощью которых он вводил себя в транс для общения с духами.
Промысловый балаган — Одаг.
Реконструкция промыслового шалаша сделана по аналогам, описанным православным миссионером В.И.Вербицким и этнографом Л.П.Потаповым. При его строительстве по углам прямоугольника в землю вкапываются четыре стойки с развилками, соединяющиеся вершинами. В развилки горизонтально вкладываются жерди, образуя прямоугольный каркас. К полученному каркасу с четырёх сторон наклонно приставляются длинные колотые брёвна или жерди, образующие стены, а вверху сходящимися концами — небольшую дыру — дымоход. В одной из стен (восточной) оставляется входное отверстие, которое задвигается досками или закрывается дощатой навесной дверью. Над очажной ямой крепится поперечная жердь, с крюком для котелка. Иногда стены балагана утеплялись берестой или пихтовыми ветвями, дополнительным слоем жердей и засыпались землёй. В таком виде одаг использовался как зимнее жилище у бедняков.
Амбар для ореха (шорск. «Анмар»).
Хозяйственная постройка из посёлка Учас Междуреченского городского округа. Был построен в 1915 году русскими рабочими с прииска, близ посёлка Учас. Первоначально амбар находился на ореховопромысловом стане В.Подышева. С 1930х годов принадлежал колхозу. В архитектурном плане представляет собой двухэтажную клеть, рубленную «в обло». Нижний венец амбара опирается на подставки из крупных плоских камней. Кровля двускатная на «самцах». Покрытие из двух слоёв полубрёвен с проложенной между ними выдержанной берестой. На выступах брёвен продольных стен, над входом, устроен небольшой мостик в виде настила, накрытый от дождя навесом. Навес выполнен на выпускных слегах (горизонтальные брёвна). Связь между этажами осуществляется с помощью приставной лестницы. В 1988 году амбар приобретён музеем заповедником «Томская писаница».
Лабаз (шорск. «Тастак»).
Распространённая шорская постройка выполнена по образцу лабаза из посёлка Усть-Ортон Таштагольского района. Лабаз — это сооружение, выполненное в виде настила или небольшой избушки на черырёх сваях. Лабаз возвышался над землёй на высоту более двух метров для того, чтобы туда не забрались дикие звери. Лабаз использовался на промысловых станах и в шорских усадьбах вместо амбаров и вместе с ними. В зимнее время их использовали для хранения в берестяных туесах зерна и мяса. Во время охоты лабаз изготавливался и для того, чтобы, сидя на помосте, с высоты выслеживать крупных животных (маралов, косуль и т.д.).
Амбар (шорск. «Анмар»)
Орехово-промысловый стан — хозяйственная постройка начала ХХ века из посёлка Учас Междуреченского округа. Был построен русскими рабочими с прииска близ посёлка Учас. Амбар находился на территории усадьбы зажиточного шорца В.Подышева. В 1930х годах ХХ века принадлежал колхозу и служил кладовой. Постройка представляет собой небольшую клеть на деревянных «стульях», рубленную «в обло» с выступающими концами брёвен. Кровля односкатная, опирающаяся на слеги (горизонтальные брёвна). Покрытие из двух слоёв полубрёвен с прокладкой между ними из выдержанной бересты. В 1988 году амбар приобретён музеем заповедником «Томская писаница».
Шорский свадебный шалаш — Одаг.
Частью традиционного свадебного обряда у шорцев было сооружение специального шалаша «Одаг» (также называемого иногда «зелёная юрта»), состоящего из девяти берёзок, ветки на которых удалялись только с нижней части ствола, в то время как наверху их оставляли в виде метёлки. Остов покрывали берестой и фиксировали верёвками. Одаг устанавливали в улусе жениха. Жених, зайдя в шалаш первым, разводил внутри огонь. В это время невеста, стоя в дверях, одаривала медными кольцами всех, кто помогал строить одаг. Шалаш стоял три дня, и всё это время молодые находились в нём, принимая подарки и угощая родственников жениха. Вокруг одага справлялся свадебный пир (байга), не прекращаясь ни днём, ни ночью. По истечении трёх дней бересту с верёвками снимали, а остов относили в лес и там оставляли. Молодые переходили жить в дом свёкра.
Скотный двор.
Комплекс состоит из типичных хозяйственных построек начала ХХ века, представленных для содержания скота и домашней птицы: телятница, свинарника, конюшни и курятника. Строения были перевезены в музей в 1988 году. Свинарник и курятник из посёлка Учас Междуреченского округа, телятник из посёлка Верх-Анзас Таштагольского района. Они представляют собой деревянные срубы с односкатной или двускатной крышей с кровлей из полубрёвен. Брёвна в срубе укладываются одно на другое «в клеть», а в углах соединяются «в обло» с выступающими концами.
Телятник ( шорск. «шлонде»)
Свинарник (шорск. «чушуязе»)
Курятник (шорск. «кушуязе»
Баня по-чёрному (шорск. Мылча»)
Постройка первой четверти ХХ века из посёлка Ближний Кезек Таштагольского района. Приобретена музеем у Петра Кискорова. Строение представляет собой рубленную «в обло» клеть на деревянных столбах — стульях, врытых в землю. Кровля сделана в шорской традиции: двускатная из полубрёвен, проложенных берестой.
Выглядит это так: в центре или у стены расположена каменка — массивная печь, сложенная из камней и кирпича. Топят её дровами, причём процесс длится несколько часов. Пока баня нагревается, дым окутывает всё пространство, а тепло аккумулируется в камнях. Когда дрова прогорают и угли убирают, помещение проветривают, но запах лёгкой древесной гари и особая атмосфера остаются.
Внутри бани вдоль стен установлены деревянные полаты и скамья, в углу — печь- каменка. В одной из стен вырезана отдушина, закрытая заглушкой. Баня отапливалась по-чёрному: печь не имела дымохода, дым проходил сквозь каменку, нагревая внутреннее пространство сруба; сажа и копоть оседали на стенах и потолке. До прихода русских переселенцев шорцы бань не знали. Однако, благодаря деятельности православных миссионеров в начале ХХ века, баня стала типовой постройкой шорской усадьбы, а мытьё в ней обязательным для крещённых.
Считается, что баня по-чёрному — прародитель всех современных бань и саун. Её история уходит в глубину веков — ещё в дохристианскую Русь. Для крестьян баня была не только местом мытья, но и своеобразным «центром здоровья» и даже обрядов. Здесь принимали роды, лечили травами, проводили очищающие ритуалы. До XIX века практически все бани в деревнях были именно «по-чёрному» — дымоходы появились позднее, с развитием кирпичного строительства. Главное отличие — ощущения. В бане по-чёрному пар мягче, обволакивающий, воздух тёплый, но не обжигающий. А запах раскалённого дерева и дыма создаёт особое настроение, которое не повторить в «по-белому».
Шорское кладбище — Сёктор
До распространения среди шорцев православия тело покойника зашивали в кусок кендыря или завёртывали в бересту, а затем подвешивали на ветвях кедра или оставляли на специальном помосте, установленном на четырёх столбах. Под влиянием священников Алтайской духовной миссии появились кладбища, располагавшиеся обычно за улусом на горе. Могилу копали неглубоко. Над могильным холмом, в ногах усопшего ставили деревянный крест. Могилу огораживали редко и в дальнейшем за ней не ухаживали. Ещё в начале ХХ века встречались детские воздушные захоронения в деревянном ящике, укрепленном прутьями или верёвками на дереве. Хоронили детей и в дуплах деревьев, тщательно скрывая такие места.
По представлениям шорцев, землю и всё, что на ней, сотворили два высших божества — Ульгень и Эрлик. Братья равны между собой, и их власть над человеком одинакова. В то же время, Эрлик олицетворял собою тёмное, злое начало, а его брат Ульгень — светлое и доброе. Шорцы верили, что причиной смерти человека является приговор суда, который сообща вершат Ульгень и Эрлик. Поэтому смерть предопределена и неизбежна. Но бывает так, что алчность Эрлика приводит к неестественной, преждевременной смерти (несчастный случай или самоубийство). Людей, умерших таким образом, хоронили в земле на месте гибели или на окраине кладбища. Крест заменяли осиновым колом, могилу обкладывали камнями. Предполагают, что в прошлом труп погибшего просто заваливали камнями, чтобы душа не могла выбраться наружу и навредить живым.
Погребальный обряд у шорцев отражал традиционные представления о смерти и потустороннем мире, хотя к началу ХХ века он претерпел некоторые изменения под влиянием православия.
Убедившись в смерти человека, из под его головы убирали подушку, чтобы отошла душа Тын (жизненность), символизирующая его дыхание, а тело покрывали куском домотканного холста. В очаге зажигали огонь, а в изголовье на лавку ставили в миске пищу и напиток для души сюне, которая, отделяясь от тела, блуждает по местам, привыкшим ещё при жизни человека.
В течение трех дней после смерти человека возле его тела сидели родственники, причитая и восхваляя поступки усопшего. Затем тело обмывали, одевали в чистую рубаху и штаны, перекладывали в гроб, выдолбленный из расколотого ствола кедра. В гроб клали чашку, ложку, мешочек с талканом (поджаренный ячмень), мужчинам трубку и кисет с табаком. На кладбище гроб несли с помощью жерди и верёвки, а зимой везли на охотничьей нарте. При наземном захоронении долблённый гроб оставляли в лесу, заваливая валежником, или сооружали на поверхности сруб, куда помещали тело.
По возвращении, в доме умершего разводили огонь в очаге и готовились к трапезе. Шаман окуривал всех дымом лучины и камлал, «уговаривая»сюне не возвращаться. Перед дверью ставили два берестяных сосуда с брагой, мотыгу, на гвоздях развешивали сеть энгме, чтобы блуждающая душа не пробралась в дом. На 7 и 40 день, а также через год после смерти справляли поминки. Родственники во главе с шаманом уносили араку (традиционный алкогольный напиток) и варёное мясо на могилу, у которой разводили костёр. Кам совершал обряд, брызгая аракой и бросая куски мяса в костёр и на могилу. Остатками угощались родственники и сам шаман.
Шаманов хоронили, как обычных покойников, бубен и колотушку подвешивали на дереве у могилы, железные подвески с рукоятки бубна снимали и передавали следующему шаману улуса или оставляли в доме, если родственники хотели получить шаманский дар. Считалось, что духи, услышав знакомые призывные звуки подвесок, быстрее и охотнее придут и выберут нового шамана из членов рода. По легендам, шаманов хоронили лицом вниз в заколоченном сосновом гробу, который оставляли в лесу, заваливая ветками. Также шаманов хоронили на ветвях деревьях, зашив в войлок. Известны захоронения в лесу в сколоченном из досок ящике на стойке. К дереву у погребения подвешивали бубен — основной атрибут шамана. Страх перед бубном умершего доходил до паники, особенно у других шаманов. Не разрешалось ломать ни единой ветки этого дерева, чтобы не потревожить хозяина бубна. Бубен сжигали в исключительных случаях, если члены семьи умершего больше никогда не хотели иметь в своём роду шамана.
На этом наш сегодняшний обзор заканчивается, следующая экспозиция музея «Томская писаница» ждет нас уже в следующем рассказе. Продолжение следует...
