Звенящие кедры России — 8 (часть 2).

Владимир Мегре.
Новая цивилизация. Часть 2. Обряды любви.

— Владимир, вдумайся в смысл слова «благосостояние». Спокойно вникни в смысл его.
Сейчас произнесу я это слово немножечко иначе: благое состояние. Или: состояние благости. Подумай и пойми: одна любовь способна поднять до высшей точки благости любого человека. Не деньги, не дворцы, а лишь Создателем подаренное человеку чувство — состояние любви. Любовь — космическая сущность. Живая, мыслящая, с высоким интеллектом. Она — могущественна, и недаром Бог восхищался ею, человеку её энергию великую в дар преподнёс.
Любовь понять пытаться необходимо, не стесняться и на государственном уровне внимание ей уделять. Но ты не знаешь, какая скрыта мудрость величайшая веков в обрядах древних. Они — космических миров творенье. Презренье может заслужить народ, забывший мудрость вековую прародителей своих. Причём, не важно, сам каждый забывал иль под воздействием жрецов, оккультными наукам владевших.
Старец в тайге говорил, что, пока люди будут слушать лишь подсказки и каждый сам не начнёт задумываться над сутью жизни, не выбраться обществу из череды социальных катаклизмов. И не быть человеку счастливым. Кто-то может усомниться в существовании Божественной программы жизни людей. Ведь о ней не говорят учёные, политики. Религии истолковывают замысел Божий, но всегда через посредников и, зачастую, по- разному. Они едины лишь в том, что Бог существует. В существование высшей, разумной, интеллектуальной сущности, сотворившей видимый нами мир и земную жизнь, верят философы и многие учёные. И в это невозможно не верить. Уж слишком разумно взаимосвязано всё сущее в нашем мире. А, раз так, то высокоразумная сущность могла творить только со смыслом, только вечное, предопределяя радостную перспективу всем и, в первую очередь, своему любимому, себе подобному человеку. Другими словами, человеку предложен определённый образ жизни на Земле, позволяющий познать себя, всё мирозданье. Познать и продолжить выполнять Божественную программу, привнося в неё свои прекрасные творенья. Бог хочет от сына-человека совместного творенья и радости для всех от созерцания его. Программа Бога, несомненно, существует, и ознакомиться с этой программой могут не отдельно избранные люди, а каждый желающий. Изложена Божественная программа не буквами или иероглифами на папирусных листах, а присущими только самому Богу живыми знаками сотворённой Им природы.

Разум и интеллект людей древнерусского периода ещё позволял читать эту великую Божественную книгу. Нынешние люди, в своём большинстве, из миллиардов этих знаков-букв знакомы, лишь с некоторыми, и нам придётся заново начинать изучать Божественную азбуку. Я не собираюсь кого-то учить или что-то проповедовать. Хочу лишь познакомить своих читателей с информацией о культуре наших прародителей, через просчитанные волхвами обряды, предназначенные хранить в семьях любовь и призвать всех скорректировать или утвердить сделанные выводы. Публикация необходима для того, чтобы прочувствовать информацию на уровне собственных чувств и совместными усилиями начать действовать, согласно логике жизни. И с надеждой, что наше поколение начнёт размышлять, ускорит строительство новой цивилизации для себя и своих детей.
«Человеческое сообщество должно изучить Божественную программу, используя представленный Богом материал, и превратить всю планету в прекрасный райский оазис. Создать гармонично сбалансированное сообщество всех живых существ. При достижении такого уровня жизни, в человеке откроются способности к сотворению жизни на других планетах и в других галактиках».
Имея в виду столь грандиозную концепцию, Анастасия сначала предложила строить родовые поместья. Давайте и мы начнём свои исследования с общеизвестных и внешне простых проблем. Возвращаясь мысленно к таёжному разговору, я вспоминал, как необычно говорил о любви седой отшельник: «Любовь — это величайшая по силе космическая энергия. Она — не бездумна. У неё есть мысли и собственные чувства. Любовь — это живая, самодостаточная сущность, живое существо. По воле Бога, она послана на Землю и готова дарить свою великую энергию каждому живущему на Земле человеку и сделать его жизнь в любви вечной. Она приходит к каждому, пытаясь рассказать языком чувств о Божественной программе, и, если ей не внемлет человек, ей уходить приходится, по воле не своей, по воле человека».
Любовь! Чувство загадочное и, несмотря на то, что испытать его довелось почти каждому когда-либо жившему на Земле человеку, — неисследованное.
Необходимо научиться понимать любовь. Думаю, одним из самых верных ответов на вопрос, почему уходит любовь, будет простой ответ: уходит, не найдя понимания. А люди в прошлом её понимали.
Судите сами: более десяти тысяч лет назад ведруссы обладали знаниями, с помощью которых совершали действия, укрепляющие любовь и, мало того, делающие её вечной. Одно из таких действий — древневедический обряд венчания. Сравнивая его с обрядами разных народов прошлого и современности, я всё больше стал утверждаться в мысли: древневедический обряд венчания является продуманным народной мудростью рациональным деянием, способным и сегодня помочь многим семейным парам обрести вечную любовь.

Надо ли искать свою половинку?

Следует ли искать свою половинку или, по воле судьбы, она должна найтись сама?
Как показывает многовековой опыт человечества, целенаправленный поиск необходим. Об этом свидетельствуют многочисленные сказания, в которых добры молодцы отправлялись в дальние походы на поиски своих суженых. Есть древние обряды, помогающие в самом главном жизненном поиске. Желание найти свою вторую половинку с помощью внешнего образа, не отвечающего естественному, в современном мире присуще многим мужчинам и женщинам. Мужчина дарит цветы и дорогие подарки понравившемуся ему образу и даже предлагает руку и сердце, а, женившись, вдруг видит реального человека, который совсем ему не по нраву, вызывает в нём чувство раздражения и тоски по исчезнувшему образу. Женщина вдруг видит, что недавний добрый и внимательный ухажёр её совсем не любит, не понимает. Отчего это произошло? А он никогда и не любил её, он любил образ. Почему в древности люди очень осторожно меняли свои наряды? Не было достаточного выбора тканей? Был выбор. И шелка привозились из-за тридевяти морей, и сами могли ткать полотна, грубые или тонкие. Рисунки могли наносить всевозможные на ткани разными красителями или вышивать их. Не хватало фантазии или средств? Фантазии хватало, и с избытком. Каждый второй был прекрасным художником и модельером. Достаточно посмотреть на старинные дома: все они украшены резьбой по дереву. И каждая женщина умела вышивать. Что касается средств, то не только люди среднего достатка, но и достаточно зажиточные не злоупотребляли сменой нарядов и разнообразием причёсок. Они относились весьма осторожно к смене собственной внешности, стараясь сохранить образ. Мир современной моды, как в калейдоскопе, меняет образы, особенно женщин. Индустрии, выпускающей одежду, резкая смена необычайно выгодна: ещё добротные вещи люди отправляют на свалку, покупая новые, модные, надеясь, что с ними придёт нечто новое, похожее на счастье. Я не находил в современных реалиях жизни стройной системы мероприятий, помогающих человеку в поиске спутника или спутницы жизни. Мало того, стало складываться впечатление, что современный быт, весь образ жизни направлены на то, чтобы не встретились никогда эти половинки. Возможно, кому-то такое положение даже выгодно. Неудовлетворенный жизнью человек, не имеющий цели, смысла жизни, выгоден многим, кто делает деньги. Выгоден он и власть имущим. И отвечая на вопрос: ищем ли мы свою половинку, — думаю, следует сказать — нет, не ищем. Не умеем искать. И нет условий для поиска.

У ведруссов было великое понимание сути зачатия своих детей.
Учёные пытаются клонировать человека, но, похоже, сделав это, они получат существо, лишь внешне похожее на человека. Так как, в моменте зачатия, участвуют не только сперматозоид и яйцеклетка, но и нечто невидимое, не осязаемое, как материя. Дальнейшее изложение полученной информации, возможно, кого-то может шокировать, я полгода раздумывал, стоит ли делиться с читателями ею или нет. В конце концов, решил — стоит. А дело — вот в чём. В настоящее время множество живущих на Земле семей, сами того не ведая, воспитывают не совсем своих детей. Этому есть веские доказательства. совсем своих детей. Этому есть веские доказательства. В научном мире есть термин «телегония». В медицине он называется «явлением первого самца». О явлении телегонии стараются говорить как можно меньше. Что это такое? Ведь сегодня добрачные связи — в порядке вещей. А раз так, то нельзя винить женщину, если она выходит замуж не девственницей. Наше общество, чудовищная пропаганда секса, секс-индустрия сделали её таковой. И учёные, и древние мудрецы считают: первый мужчина в жизни девственницы оставляет ей свой образ духа и крови. Психический и физический портрет детей, которых она родит. Все другие мужчины, которые будут вступать в интимную связь с этой женщиной с целью зачатия ребёнка, дают ей только семя и плотские болезни. Не здесь ли кроется массовое непонимание отцов и детей? Да и деградация всего современного человеческого сообщества? Масса конкретных примеров говорит об участии в зачатии некой энергии. Но если это так, то не только наука, но и все люди должны о ней знать. Наши недавние предки это, вероятно, предполагали. Они старались строго следить затем, чтобы вступающая в брак девушка непременно была девственницей. Однако, более древние наши предки считали девственность недостаточным фактором для рождения продолжателя рода. Они утверждали, что если женщина, во время интимной близости с одним мужчиной, будет думать о другом, то родится ребёнок, похожий на того, о ком она думала. Такие утверждения говорят о том, что древние люди предполагали, а может быть и твёрдо знали: главным в зачатии, является мысль. Точнее, энергия мысли. Явление телегонии также говорит об этом. Женщина, возможно на подсознательном уровне, хранит в своей памяти сведения о своём первом мужчине, в итоге, рождается ребёнок, полностью или частично похожий на него. Можно было исправить ситуацию, даже если выходящая замуж женщина уже имела связь с другим мужчиной. И более того, оказалось, что у ведруссов был потрясающий обряд, с помощью которого можно сделать «несвоих детей» родными по крови и по духу. О явлении, которое в современной медицине называют «явлением первого самца», наши предки-язычники и тем более, ведруссы хорошо знали. И, с помощью специальных обрядов, оберегали от него молодёжь.

Волхвы, также, с помощью определённых действ-обрядов, могли стереть генетический код «первого самца» и делали, даже изнасилованных во время набегов врагов, девочек абсолютно чистыми. В доказательство, они не боялись женить на них своих сыновей. Но, есть одно «но». Языческие и, тем более, древне-ведрусские обряды невозможно понять и повторить, лишь с помощью знаний их внешней стороны. Их необходимо прочувствовать. Что толку написать — необходимо любить, необходимо готовиться к появлению ребёнка, необходимо рожать непременно дома, в том месте, где он был зачат. Что толку просто написать, что «для сохранения любви в семье навечно необходимо воедино соединить три точки, три чувства, три плана бытия». Просто умом понять это недостаточно, это необходимо чувствовать. Чувствовать философию предков. И первым необходимым действием может быть только покаяние перед своими предками, которых сейчас называют язычниками, которых оклеветали, которых мы предали. Предали традиционную славянскую культуру наших отцов и матерей. Культуру, существовавшую десятки тысячелетий.
Почему необходимо покаяние?
Да по той простой причине, что, если мы будем продолжать считать наших предков дикими, тупыми варварами, как это нам усиленно внушают, но при этом возьмём их обряды, они не будут действенны. Ведь, все их обряды основаны на знании космоса, предназначения планет, на знании силы психической энергии, силы мысли. С помощью их обрядов мы попытаемся включить колоссальную энергию нашей мысли, но положительного результата не получим, так как окажет противостояние нашей мысли другая наша мысль: они были глупыми.
Может быть, не случайно скрывают от нас культуру наших прародителей?
Невежественными и растерянными, оторванными от своих корней людьми легче управлять. Судить о более высокой культуре наших предков-язычников в вопросе зачатия детей можно по ещё сохранившимся традициям в современном Китае и особенно Японии, где мужчина и женщина, перед вступлением в интимную близость для зачатия ребёнка, проходят специальный обряд очищения. Верования Древнего Китая, Японии, Индии, Древней Греции, а это традиционно древнеязыческие страны, уделяют огромное внимание вопросу зачатия. Так, что же делать каждому человеку, пожелавшему заиметь хорошее потомство?

Например, есть очень древние обряды: Медовый Спас, он празднуется 14 июля, а 19 июля — Яблочный Спас. До Яблочного Спаса люди не употребляли в пишу яблоки нового урожая, до Медового — мёд из новых взятков. В ходе длительных исследований и наблюдений волхвы определили: до названной даты
яблоко не приносит значимой пользы человеку, даже если оно созрело. И дело здесь не только в самом яблоке. До Яблочного Спаса созревают многие полезные для человека ягоды и съедобные травы и корнеплоды. Если человек начинает употреблять в пищу яблоки, то не оставляет места для более полезного в этот момент продукта. Именно волхвы определили, что в природе не зря существует определённая последовательность созревания плодов. Именно эта последовательность и является той Божественной диетой для человека, которую впоследствии в веках тщётно будет искать наука.

То, что в древности волхвы почитались мудрецами и учителями, историкам известно. Следовательно, Аркаим, как один из величайших научных центров, мог принадлежать только волхвам. Других учёных в те времена попросту не было. То, что волхвы просчитывали и корректировали обряды на основе знаний Космоса, тоже известно.
Вопрос в том, где теперь эти уникальные обряды? Какое мракобесие их уничтожило или прячет от людей?
Если понаблюдать за восходами Солнца, то мы заметим, что точка восхода каждый день будет смещаться от предыдущего места. Доходя максимально к северу 22 июня, эта точка затем двинется к югу, дойдя до другой крайней отметки — 22 декабря. Таков космический порядок. Число отчётливо видимых точек наблюдения Солнца — четыре. Две — точки восхода 22 июня и 22 декабря и две таких же точки захода — на другой стороне горизонта. Добавьте две
точки — моменты равноденствия 22 марта и 22 сентября. Это давало достаточно точное определение протяжённости года. Однако в году есть много других значимых событий. И их можно отмечать с помощью другого светила — Луны. Несмотря на сложности в её наблюдении, всё же древние люди знали законы её движения по небосводу.
Вот некоторые:
1) Полнолуния, приходящиеся близко к 22 июня, наблюдаются у точки зимнего солнцестояния (22 декабря) и наоборот.
2) События Луны мигрируют у точек солнцестояния с циклом в 19 лет («высокая» и «низкая» Луна).
Аркаим, как обсерватория, позволял отслеживать и Луну. Всего на этих огромных стенах- кругах можно было фиксировать 18 астрономических событий!
Шесть, связанных с Солнцем, и двенадцать, связанных с Луной (включая «высокую» и «низкую» Луну). Для сравнения: исследователям Стоунхенджа удалось выделить лишь 15 небесных событий.
А теперь представлю вашему вниманию более сенсационную информацию, перед которой блекнут пирамиды Египта и развалины Древнего Рима.
Эта информация также необходима и для того, чтобы, как говорил сибирский отшельник, лучше понимать явления и уровень знаний о мироздании наших прародителей. А для этого, необходимо, как можно глубже, уйти в историю.

— В первых людях не было чувства страха и агрессии, в них преобладала любовь и неподдельный интерес к окружающему их миру. Потому им вообще не приходилось тратить особых усилий для одомашнивания и дрессировки животных и птиц, для них главным было — определить предназначение каждой твари, встречающейся на Земле. Они это и делали. Что касается животных, то тебе уже известно: высшим благом для них является чувство любви и внимание к ним человека. Впервые мясо употребил неполноценный человек, тот, от кого ушла энергия Любви. По всей видимости, для того чтобы вернуть действенные утраченные традиции и обряды, способствующие сохранению любви в семьях, необходимо получить более полную информацию о жизни древних наших прародителей. Для этого нужно углубляться в историческое прошлое, вплоть до общинно-родового строя, когда мужчина и женщина, полюбив друг друга, создавали из своих детей, внуков и правнуков дружную родовую общину. Сейчас мужчина и женщина не могут удержать рядом даже просто ближайших родственников — своих детей. Едва подрастая, они стремятся тут же покинуть своих родителей. Уходят в общежитие, на платную квартиру, часто в ущерб материальному положению, но уходят. Да, что там дети! Многие пары разбегаются сами, ещё до появления детей или вскоре, после их появления.
Общинно-родовой строй существовал в докняжеской Руси многие тысячелетия. Он характерен отсутствием разводов и наиболее крепкими семьями, в сравнении с другими, последующими за ним общественными обустройствами нашего общества. Только настоящая любовь способна формировать род. В прошлом подросшим детям намного легче было покинуть семью, чем сейчас. Я имею в виду период докняжеской Руси. Когда молодые люди, полюбив друг друга, если их не устраивали отношения с родителями, могли уйти из дому, сами построить себе жилище на облюбованной территории, добывать пропитание в лесу, а впоследствии, обрабатывая землю, обзаводиться хозяйством. Но они не уходили. Значит, основатели рода относились к ним с пониманием и любовью. Нам необходимо изучить этот период и привнести из него в нашу современность рациональные зёрна, способные помочь строить прочные семьи. Возможно, древние обряды и традиции скрывают в себе такие тайны человеческого бытия, без раскрытия которых мы будем продолжать двигаться в пропасть, вымирать и мучиться от семейных междоусобиц. Я вспоминал всё, что знал об истории Древней Руси, и решил: единственной нитью, ведущей по лабиринту исторических вымыслов, может стать, как ни странно, на первый взгляд, завоеватель Чингисхан. Или иначе сказать, период так называемого трёхсотлетнего татаро- монгольского ига на Руси.
Почему?
Да потому, что этот период начался, вскоре после христианизации, когда ещё не были полностью уничтожены традиции наших предков. И ещё потому, что Чингисхан был едва ли не самой яркой, интересной и просвещённой личностью своего времени. Не только потому, что он и его потомки завоевали полмира, интересно, как они это сделали. Сразу скажу, их армия в этом вопросе играла второстепенную роль. Из разных исторических источников известно: Чингисхан отправлял в многие страны экспедиции, вплоть до Китая и Индии, которые доставляли ему мудрецов. В беседах с мудрецами он проводил много времени. Пытался определить смысл человеческого существования на Земле, найти бессмертие. Другими словами, он собирал мудрость разных народов и вполне мог иметь информацию об общественном обустройстве Древней Руси. И, как выяснилось, имел. Я не берусь описывать весь трёхсотлетний период татаро-монгольского правления на Руси. Опишу лишь один, но весьма характерный и интересный эпизод — покорение Владимиро- Суздальского княжества. О нём я собрал информацию из разных источников. Выводы давайте попробуем сделать вместе.
Вот что сказано в летописях:
«Взяв Рязань в 1237 году, Батый весной 1238 года со своей конницей ворвался в город Суздаль» и, как далее сообщается во множестве церковных источников, сжёг Суздаль, а население частично истребил, частично взял в плен. В этих же источниках много говорится о «зверствах, учинённых над народом». Однако, светские историки более точно и непредвзято описывают ситуацию. Так, например, в материалах Государственного Владимиро-Суздальского музея о данном событии говорится следующее:
«Татары разбили станы свои у города Владимира, а сами пошли и взяли Суздаль, и Святую Богородицу (собор) разграбили, и двор князя сожгли, и монастырь святого Дмитрия сожгли, а другие разграбили; и монахов, и монахинь старых, и попов, и слепых, и хромых, и глухих, и натруженных, и всех людей иссекли, а что монахов юных, и монахов, и попов, и их жён, и дьяконов с жёнами, и дочерей их, и сыновей их — всех увели в станы свои и сами пошли к Владимиру».
Как видим, Батый пленил далеко не всё население. Он истребил старых высокопоставленных монахов, взял молодых в плен. Сжигал и грабил не весь город, а княжеские резиденции, церкви и монастыри Суздаля. А теперь, попробуйте разгадать суперисторическую загадку. Почему, как сказано в документе: «Татары разбили станы свои у города Владимира, а сами пошли и взяли Суздаль»?
Любой военный историк, да и современный военачальник, скажет, что такой манёвр противоречит военной тактике. Устроить стан под стенами большого укреплённого города, оставить его и двинуться с войском на меньший. Это равносильно самоубийству. От тогдашнего Владимира до Суздаля расстояние составляло 35 километров. По бездорожью — дневной переход на лошадях. На взятие Суздаля потребовалось, как минимум, ещё несколько дней, а потом, на обратный путь — ещё день.
А ведь, всего одного дня хватило бы воинам — защитникам Владимира, чтобы выйти из укреплённого города и разгромить оставленный без войска стан. Забрать запасных лошадей, запасные колчаны со стрелами, продовольствие, штурмовые лестницы и камнеметательные устройства, тем самым, лишив противника не только возможности штурма, но и вообще боеспособности. Но они не вышли. Почему? Может быть, не знали, что войско Батыя покинуло стан? Знали. С высоты стен крепостных это можно было видеть, да и лазутчики сообщали. Может быть, войско Батыя было столь многочисленно, что и одной охраны стана оказалось бы достаточно для отражения атаки?
Первоначально историки так это и объясняли. Мол, численность золотоордынцев составляла чуть ли не миллион. Потом спохватились и стали уменьшать цифры: до 130 тысяч, а некоторые вообще до 30 тысяч. Миллион сабель — это, вместе с обозом, три миллиона лошадей. Такой табун, если держать в одном месте, даже летом умрёт с голоду, так как вытопчет вокруг себя всю траву. А зимой для него вообще никакого фуража не хватит. Вот и снизилась цифра до 130-30 тысяч. Весьма позорная цифра. Всего сто тридцатитысячное войско Батыя спокойно, одно за другим завоёвывает российские княжества и целые страны. Но и эта цифра завышена. Чтобы покорить русских князей того времени, при знаниях, оставленных Чингисханом своим потомкам, даже в пятидесятитысячном войске просто не было никакой необходимости. Достаточно знаний об укладе жизни российского народа, российских семей и правильной политики, основанной на этих знаниях. И, разбив стан свой у города Владимира, не с войском своим пошёл Батый на Суздаль, а отправил на его взятие небольшой отряд. Потому и не вышли владимирцы из укреплённого города, чтобы разгромить стан и уничтожить военные приспособления противника. И знаете, сколько дней и ночей потребовалось небольшому отрядику Батыя для взятия одной из духовных столиц тогдашней Руси, кружённой, к тому времени, более полудесятком монастырей-крепостей, легендарного города Суздаля?
А нисколько. Он просто с ходу вошёл в город и сжёг резиденцию князя, сбежавшего вместе с дружиной, порубал абсолютно всё высокопоставленное духовенство, молодых монахов забрал в плен. Да и князя с дружиной потом монголы догнали на реке Сити и уничтожили. Вокруг Суздаля и Владимира проживали десятки тысяч крестьянских семей, которые и могли оказать достойное сопротивление агрессору. Но они этого не сделали, не встали в ополчение, не пошли за монастырские стены защищать духовенство. Они его попросту ненавидели. Заметьте, не Бога, а своих угнетателей, Бога народ любил и почитал. По этой же причине не встал народ на защиту и города Владимира. Батый выжидал шесть дней, прежде чем идти на штурм Владимира. Он ждал, чтобы разнеслась весть: не народ я захватываю, а его поработителей. Подождал и, всего за один день, взял хорошо укреплённый город. Для этой цели и совершил он поход на Суздаль, не имеющий никакого значения с военной точки зрения, но лишающий власть народной поддержки.
«Вместе с тем, Церковь преследовала старую народную языческую культуру, выступила против христианства римского образца, именовала его латинством» и вероотступничеством. Это наносило ущерб связям Руси со странами, которые исповедовали католическую религию, способствовало изоляции Руси от западноевропейской культуры. В церковных хозяйствах стал применяться труд подневольных, зависимых людей. Некоторые церковники и монастыри занимались ростовщичеством и обирали людей. Бывали случаи, когда видные политические деятели Церкви участвовали в политических интригах. Таким образом, нередко слово у Церкви стало расходиться с делом, а это вызывало недовольство людей».
Сообщается о крещении и клятвенном обязательстве платить Церкви 10% от взимаемой с народа дани. Надо учесть, что тогда Церковь подчинялась константинопольскому патриарху, своего на Руси вообще не было, следовательно, из Константинополя и распоряжались 10% данью с русского народа. Не в подобных ли исторических фактах кроются ответы на вопрос: почему не встал народ на защиту Церкви, когда закрыл Пётр I треть монастырей, а колокола церковные переливал на пушки, и когда Екатерина II произвела секуляризацию (конфискацию) монастырских земель, в результате чего, бывшие богатые монахи вынуждены были просить милостыню на пропитание и жить за счёт царской милости. И когда большевики расстреливали священнослужителей и взрывали храмы, часть народа принимала непосредственное участие в разграблении церковного имущества. Константинопольский десант, захватив русские земли и закабалив русских крестьян, запретив обряды, способствующие формированию любви, тем самым, стал препятствовать образованию крепких любящих семей и уж, тем более, родовых поселений. Фактически почти сразу было введено крепостное право. Любовь крепостных — это, как правило, несчастная любовь. Для сохранения вспыхнувшего в молодых людях чувства любви требуется собственное пространство, если его не оказывается, любовь, как правило, уходит. А какое пространство могло быть у крепостного человека? Никакого. Давайте задумаемся, почему, до появления на Руси князей, никто не захватывал нашу территорию на протяжении тысячелетий?
Ведь, была египетская армия, легионы Римской империи, однако, их армии с хорошо обученными и вооружёнными по тому времени солдатами не захватили наши земли. Чтобы ответить на этот вопрос, давайте представим, что войско Чингисхана напало на докняжескую Русь. В то время на территории нашей нынешней страны почти все люди жили в родовых поселениях. При приближении какой угодно по численности армии, для сохранения и защиты рода от посягательств, поселенцы прятали часть продовольствия, часть брали с собой и уходили в леса. Уводили с собой домашний скот. Навьюченные лошади и коровы несли семейный скарб. Армия противника могла двигаться в глубь территории лишь настолько, насколько хватало собственного продовольствия в обозе. Но это была уже армия мертвецов. Их обратное возвращение становилось невозможным. Люди уничтожали пришедшего на их родину врага. Им было что защищать. У них была не абстрактная родина, обозначенная лишь красивым словом, за которым не подразумевается даже клочка родной земли. У них была родовая земля, на которой жили их предки, а теперь — они со своими семьями, детьми, внуками и правнуками. И была в их семьях любовь. И они защищали своих любимых матерей, отцов и детей. Защищали любовь! И потому, победить их было невозможно. Ведрусский строй докняжеской Руси существовал много тысячелетий. Превосходил он все нынешние государственные обустройства. Распространялся на всех континентах Земли. Когда же Землю вакханалия захватила, Египет в рабство попал и Рим, пять с половиной тысяч лет ведрусский строй на Руси всё же оставался.
— Нападения были, но не только в них дело. Впервые сменился ведрусский строй в других странах, когда некому было ещё нападать. Армий не было. Не было войн, потому что причин для них не бывало. Вся земля из прекрасных поместий тогда состояла. Величайшей культура народа была и понятия. Каждый знал: брать негоже из сада чужого плоды воровством или силой — не полезны они и опасны. Только данные вольно, с желанием могут пользу плоды принести. Живность брать из чужого поместья обманом иль силой тоже негоже. Не подпустит к себе корова чужака. И собака чужая не другом, врагом вдруг окажется. Лошадь сбросит, улучив момент, седока, коли будет она не твоя. Кто же станет, имея такие понятия, нападать? Нападенья — абсурдны при понятьях таких. Вакханалии в большем от незнанья случаются иль, точнее сказать, от предательства, даже в малом, культуры своих прародителей, образа жизни их. Родовая цепочка нас к Богу ведёт. Предавать прародителей жизненный смысл, значит, Бога в себе убивать. Да, на Руси, конечно, обманули народ, технологии жречества были отточены. И сейчас они действуют. В своё время просмотрели старейшины хитростный ход, за ошибку их поколения платят поныне.
Вначале нынешней эры во многих странах уже были императоры, фараоны, цари. Форма правления, когда во главе большого государства находился один человек, противоестественна. Она не принесла благополучной, счастливой жизни ни одному народу на Земле и никогда не принесёт. Такая форма выгодна жрецам, которые манипулировали странами через правителей. Со всем народом сразу трудно ведь договориться, а с человеком одним — легче. Лишь на Руси правителя единого поставить им никак не удавалось. Всем управляли на Руси советы из старейшин родов. Эти советы невозможно было подкупить или угрозой заставить какое-то принять решение, чтоб притеснить народ. Кто будет непотребное решенье принимать для своих детей? Вот и делали не раз попытки помощники жрецов, чтобы народом управлять стал единый правитель.
Причина — намного глубже, в психологии она.

Не знаю, как сказать яснее, она — в забвении заветов предков, как заветов Бога. Сам посуди: Бог людям всем и каждому одинаковую предоставил власть. А, следовательно, совершенным может быть лишь то общественное обустройство, где центра властного не существует. Где каждый равной властью наделён. А, насколько цивилизованное то или иное государство, необходимо судить по количеству счастливых, любящих семей, в нём проживающих.
— Первым рожденьем у ведруссов считалось не появление тела, а озарение любви.

Анастасия начала свой рассказ о ведрусских обрядах, связанных с энергией Любви, с какой- то детской радостью и вдохновением:
— Деяния ведруссов — непрерывное ученье. Великая, весёлая школа бытия осмысленного. Все праздники ведрусские состязанием ума и ловкости можно назвать. Можно о них сказать, как об уроках мудрых молодым, напоминанье взрослым. Но и работа у ведруссов в дни страдные весело происходила. Работа смыслом наполнялась большим, чем материальные творенья.
Смотри, Владимир, вот сенокосная пора. Прекрасен ясный день. Селенье всё, от мала до велика, на рассвете стремится на луга. Смотри: на двух повозках едет вся семья. Лишь старики одни остались дома, чтоб не скучала живность на усадьбе. А парубки — хлопцы молодые — едут верхом, лишь хомуты на лошадях да вожжи в их руках длиннющие. На этих лошадях вожжами длинными они будут копны сена подтаскивать к стогам. Степенные мужики вверх лезвиями косы держат на возах, а рядом жёны их и дети повзрослее с граблями: будут ворошить траву, которую мужчины скосят. Ещё в повозках дети совсем маленькие тоже едут. Для чего? Да просто так, да ради интереса, чтоб пообщаться, порезвиться, поиграть, за взрослыми понаблюдать. Одеты люди не в лохмотья. Рубашки белые, смотри, в косы у женщин вплетены цветы, и платья с вышивкой. Зачем одеты так, будто на праздник люди едут? Ответ, Владимир, в том, что нет необходимости особой сено им косить. У каждого в поместье есть свои стога. Конечно, про запас неплохо общих несколько стогов иметь. Но главное, негласное в действии всеобщем — себя в работе показать. К другим украдкой присмотреться, а парубкам, девицам молодым — друг с другом познакомиться за делом. Вот потому на сенокос приходит с радостью молодёжь и из соседних поселений.
Началось — смотри.
Идут степенно в ряду мужчины-косари. И ни один не должен отставать. Их жёны ворошат вчерашнюю траву для сушки и поют. Сухую — в копны собирает молодёжь. Постарше молодые стог сметают. Вот видишь: стоят на стоге парубки вдвоём, одному восемнадцать лет, двадцать — второму, укладывают сено на стогу, что подают им шесть девиц. Рубашки сняли парубки. По бронзовым телам струится пот. Но успевать стараются, не поддаваться хохотушкам снизу. На стоге если двое, внизу должно четыре быть девицы, а их вот шесть, смешливых и шутливых, снизу пытаются сеном забрасывать парней. Воды попить отец парней к стогу подходит, он быстро ситуацию всю оценил. Пытаются сыновья его вдвоём за шестерыми поспевать. Не спасовать бы им. Внизу проворные, смешливые девицы, невестами, возможно, будут две для сыновей. Воды попил, сынам наверх кричит отец:
— Эй там, сынки, что-то косить мне надоело, может, залезу к вам да помогу? Раз шестеро внизу стоят, а не четверо.
— К чему, отец, — ответил старший, работу не прервав, — мы с братом здесь вдвоём, а разогреться даже не успели.
— А я совсем как будто сплю, — добавил младший, пот со лба украдкою смахнув.
Внизу заметили его движенье хохотушки, и крикнула одна под общий смех:
— Смотри, не вымокни уснувши.
Отец довольный усмехнулся, в строй косарский, вновь выстраивавшийся, встал. К стогу от луга дальнего шла вереница из четырёх коней, а под уздцы вели коней хлопцы молодые. Последним самый младший вёл лошадь Радомир. Лет восемь в канун лета исполнилось ему, девятый шёл. Но развит был не по годам мальчик Радомир. Не только ростом он над сверстниками возвышался, но и науки схватывал быстрей других, удалым в играх был. И здесь, на сенокосе, тем гордился, что получил работу, которую постарше дети делали. Ему от старших никак нельзя было отстать. Он сам копну старался быстро обвязывать вожжами, и лошадь слушалась его. Хоть и последним шёл в шеренге Радомир, он всё же, шёл не отставая. Чуть-чуть поодаль, у леска, резвилась детвора помладше. Завидев вереницу лошадей и копны, все бросились к ним, чтобы на копнах прокатиться. Стремглав бежала детвора, и только девочка одна, четыре года ей исполнилось едва, отставала. Все уже к копнам подбежали дети. Она, чтоб путь свой сократить, в отчаянье через болотце напрямик решила побежать. Болотце почти высохло, но кочки ещё большими на нём были.С кочки на кочку прыгала девчушка, совсем почти были рядом лошади, тащившие копны. Но вдруг, пытаясь прыгнуть на очередную кочку, с кочки девчушка сорвалась, а падая, о палку расцарапала коленку да в мутной луже платье запачкала, лицо. Вскочила. Тут же плюхнулась обратно и громко заревела от обиды. Последняя копна, проехав рядом, удалялась. Услышал детский плач степенный Радомир. Остановил коня, пошёл на плач к болотцу. Увидел: девочка испачкалась, в луже сидит, кулачком слёзы растирает по грязному личику и ревёт, что есть мочи.
Взял Радомир под мышки девочку, поднял из лужи, поставил на сухое место и спросил:
— Чего ревёшь, малявка, горько так?
Она навзрыд, сквозь плач, стала пояснять:
— Бежала я, бежала, не успевала, а потом упала.
— Уехали все копны, я отстала. На копнах сейчас едут дети все, а я в луже сижу.
— Не все уехали, — ответил Радомир, — остался я, и вот — моя копна. Если реветь перестанешь, я на ней тебя прокачу. Да только грязная какая-то ты вся. Да перестань, в конце концов, реветь, оглушишь. За подол платья девочки взялся Радомир, сухое место платья к носику поднёс, строго
сказал:
— А ну, давай, сморкайся.
— От неожиданности девочка ойкнула, ручками быстро прикрыла наготу свою, потом сморкнулась раз-другой и плакать перестала. Радомир отпустил подол её платья, критически осмотрел стоящую перед ним грязную, растрёпанную маленькую девочку и сказал:
— Вообще-то платье ты снимай своё совсем.
— Не буду, — она твёрдо заявила.
— Снимай, я отвернусь. Я платье твоё грязное в озере пополощу, ты тут в траве пока сиди.
Рубашкуна мою, возьми. Она тебе до пяток достанет, длиннее платья рубашка моя тебе будет. Радомир полоскал в озере платье маленькой девочки, а она, закутавшись его рубашкой, выглядывала из травы. И вдруг сидящую в траве девочку будто стрелой пронзила страшная мысль. Она вспомнила однажды подслушанные слова дедушки, который бабушке сказал:
Непомерно непотребное деяние в соседнем селении произошло, поднял подол платья у девицы до венчания один негодник.
— Поднял подол и, значит, жизнь сломал девицы, — вздохнула бабушка.
Девочка маленькая решила, что и у неё должно что-то сломаться, раз незнакомый ей парень поднял подол её платья. Она осмотрела свои ручки, ножки, и, хотя все они были в полном порядке, не сломаны, страх не исчез. Если дедушка и бабушка считают, что, при поднятии подола платья, что-то ломается, значит, и у неё должно сломаться.
Девочка вскочила с травы и крикнула полоскавшему в озере её платьице Радомиру:
— Ты — непотребный негодник.
Радомир выпрямился, повернулся в сторону стоящей в траве девочки в его рубашке и переспросил:
— Чего ты кричишь опять? Не понял, чего хочешь?
— Я тебе кричу, ты — непотребный негодник. Ты посмел поднять подол платья у девицы до венчания. Ты всё у неё переломал.
— Радомир некоторое время смотрел на чумазую девочку, потом захохотал, отсмеявшись, сказал:
— Слышала звон, да не знаешь, откуда он. Да, подымать подол платья до венчания у девицы негоже. Но, я-то не поднимал подола платья у девицы.
— Поднимал, поднимал, я помню, ты поднимал подол моего платья.
— Твоего поднимал, — согласился Радомир, — но ты ведь, не девица.
— Почему я не девица? — удивлённо спросила девочка.
— Потому что у всех девиц на груди выпуклости имеются, а у тебя их нет. У тебя, вместо груди девичьей, едва заметны два прыщика. Ты, значит, не девица.
— А кто же я? — растерянно спросила девочка.
— Малявка ты ещё пока. И сиди там, в траве, молча, некогда мне с тобой разговаривать.
Он вошёл снова в воду, пополоскал платье, выжал его, аккуратно расстелил на траве и позвал девочку.
— Подойди к воде, малявка, тебе умыться надо.
Её покорно подошедшую, притихшую умыл. Сказал:
— Теперь к копне пойдём, прокатишься.
— Платье мне отдай сначала, — тихонько попросила девочка.
— Так оно ж мокрое. Ты в рубашке моей пока оставайся. Я твоё платье с собой возьму, пока мы к стогу добираться будем, оно подсохнет, там и переоденешься.
— Нет, отдавай мне моё платье, — настаивала девочка. — Я его, хоть и мокрое, надену. На мне пусть сохнет.
— На, наряжайся, — платье протянул ей Радомир и к лошади пошёл.
Платье надела быстро девочка. Стремглав догнала Радомира у копны.
— А вот и я, — запыхавшись, она сказала. — Возьми свою рубашку.
— Конечно. Ты — моя напасть. Уже все парни возвращаются, а я с тобой вожусь. Давай залазь наверх.
Он девочке помог забраться на копну сена. Взял за уздечку лошадь, и тронулись они по направлению к стогу сена. Маленькая девочка в мокром платье сидела на поехавшей плавно копне и ликовала. Она — одна, не так, как все, по двое-трое. Одна она сидела на копне. И счастье было на лице, как будто бы богинею вдруг стала. Ох, видели б подружки, как она, не в караване, а одна. Её одну везёт… Взглянула, как ведёт поводом лошадь Радомир, и больше глаз от его спины не отводила. Сердечко детское сильней забилось. По всему телу — теплота. Конечно, понимать девчушка не могла: она влюбилась. Ах, эта детская любовь! Чистейшая она — подарок Бога. Только зачем приходит рано иногда, тревожит детские сердца? Зачем? Какой в ней, ранней, смысл? Оказывается, великий в ранней любви смысл, вед-руссы его знали.
Подъехав к стогу, Радомир к копне вернулся.
— Давай слезай, не бойся, подхвачу.
Он подхватил прыгнувшую на него девчушку, опустил на землю, спросил:
— Ты чья?
— Я из соседнего селенья, я — Любомила. С сестрой в гостях мы, брату помогаем, — ответила она.
— Вот и иди к сестре, — ответил, удаляясь, Радомир. Он даже не повернулся к девочке ни разу.
Она стояла, всё смотрела, как отвязал он вожжи от копны, залез на бочку, на коня вскочил, галопом поскакал за новою копною. Домой с сестрой вернулась маленькая Любомилка. Как раз семья вечерять собиралась. Но Любомилке сесть за стол не захотелось, она, прижавшись к бабушке, просила:
— Пойдем со мною в сад, бабулечка. Тебе одной хочу о чуде рассказать.
Отец, услышав просьбу, возразил:
— Негоже, доченька, когда семья за стол садится, удаляться. Да ещё бабушку с собой…
На лицо дочери отец взглянул и улыбнулся. Ведруссы знали благодать детской любви. Умели обласкать любовь, в семью принять, как дар небесный, не насмехаться над любовью, уважать. Энергии великой благодать ценили, вот потому энергии Любви к ним с радостью великой приходили.
— Так вы там с бабушкой в саду и поедите ягод, — сказал отец, как будто, равнодушно.
В саду, в дальнем его углу, бабулечку свою и усадила на скамейку Любомилка и сразу начала взволнованно рассказ:
— Бабулечка, я там, на сенокосе, с подружками играла. Они как побегут кататься на копнах. А мне не очень-то кататься и хотелось. Иду себе так просто.
— Вдруг один, такой красивый, самый добрый, парень молодой лошадь остановил свою, ко мне подходит.
— Да, бабулечка, так близко, как с тобою я сейчас стою.
— Такой красивый и добрый весь такой. Стоит передо мною, говорит: «Я очень, девочка, тебя прошу…». Нет, не так он говорил, а по-другому. Он говорил: «Я тебя, девочка, не просто прошу, а даже умоляю на моей копне немножечко проехать». Я прокатилась. Вот. Ты поняла, бабулечка? Случилось что-то с ним?
— С тобой случилось, внученька. А как его зовут?
— Не знаю. Ничего он не сказал.
— Ты мне сначала, Любомилочка, всё расскажи и постарайся не забыть, как было всё по правде.
— По правде, — опустила Любомилка вниз глаза, — по правде? Я в лужу упала, он платье моё постирал, потом на копне прокатил, а как зовут не сказал. Малявкой меня называл и, когда уходил, ни одного разочка даже не взглянул в мою сторону, — рассказала бабушке Любомилка и заплакала. Сквозь плач продолжала:
— Всё стояла я, смотрела, как он уезжал. Только он ни разочка не взглянул на меня, как зовут не сказал.
Бабушка прижала к себе внучку. Русую головку гладила, будто бы лаская в ней энергию Любви. И шептала тихо как молитву: «О великая энергия от Бога. Благодатью своей внучке помоги. Не сожги её сердечко неокрепшее. На деянье сотворенья вдохнови».
Вслух сказала Любомилке:
— Хочешь, внученька, чтобы тот хороший очень парень всегда лишь на тебя одну смотрел?
— Да, хочу, бабулечка. Хочу!
— Так не попадайся ему больше на глаза три года.
— Почему?
— Видел он тебя в грязи испачканной. Плачущей, беспомощной малявкой. Таким образ твой остался в нём. За три года станешь ты взрослее, краше и умнее, если постараешься сама.
— Я стараться очень-очень буду. Только подскажи мне, бабулечка, как стараться?
— Все тебе секреты, внученька, я расскажу. Если в строгости их будешь исполнять, краше всех цветочков на земле ты станешь, любоваться тобой будут люди.
— Не тебя, а ты сама любимых сможешь выбирать.
— Говори, бабулечка, я всё исполню, говори быстрее, — торопила бабушку малышка Любомилка, за подол платья бабушку трепала в нетерпенье.
И медленно, торжественно произнося слова, поведала внучке бабушка:
— По утрам вставать пораньше надо. Ты валяешься в капризах по утрам. Встав, бежать к ручью, там омываться чистой родниковою водой. Возвратясь домой, немного кашки съесть. Ты же сладких ягод требуешь всегда.
— Бабушка, зачем же дома мне стараться, если не увидит он меня? Как в ручье я по утрам купаюсь и как кашу ем? — удивилась Любомилка.
— Этого, вестимо, не увидит. Но старанья на тебе красою отразятся внешней. И энергия появится внутри.
Любомилка старалась следовать бабушкиным советам. Не всегда у неё это получалось, особенно в первый год. Но тогда бабушка с утра к ней на постель садилась, говорила: «Коль не встанешь с солнышком, не побежишь к ручью, в этот день не станешь краше».
И вставала Любомилка. На второй год к режиму попривыкла, исполняла с лёгкостью процедуры омовенья утром, с весельем кашу ела. До срока бабушкиного — трёх годков — всего лишь месяц оставался. К капищу из разных селений съезжались люда на ярмарку. Повозки с людьми ехали мимо поместья, в котором Любомилка проживала. Вместе со своей старшей сестрой Екатериной на проезжающих смотрела Любомилка. И вдруг одна повозка, свернув с дороги, подъехала к воротам, у которых две девочки стояли. И в ней, в подъехавшей повозке… Его узнала Любомилка сразу. Среди других людей сидел и управлял лошадью её любимый повзрослевший Радомир. Сердечко девочки затрепетало, когда подъехала повозка к их воротам и остановилась.
Мужчина старший из всех сидящих, наверное, отец, сказал:
— Вам здравия, девицы. Отцу вашему, и матери, и старшим всем передайте мой поклон. А нам бы кваску вашего попить хотелось. Забыли свой в дорогу взять.
Любомилка стремглав вбежала в дом и крикнула:
— Всем вам поклон. Да где кувшин? Где ж он, кувшин наш с квасом? Ах да, в чулане, охлаждённый он. — И бросилась к чулану, и опрокинула у двери стоящее ведро. И повернувшись, дедушке и бабушке скороговоркою сказала: — Всем тихо, вытру воду, как вернусь. Схватив кувшин, она к воротам подбежала, остановилась, отдышалась, волненье сдерживая, степенно из калитки вышла, подала старшему мужчине кувшин с квасом. Пока отец семейства пил квас, она, не отрываясь, на Радомира всё смотрела. Но он разглядывал Екатерину. Когда ему был передан кувшин, он допил оставшийся в нём квас, с повозки спрыгнул и протянул кувшин Екатерине, сказав:
— Спасибо. Добрыми руками закваска сделана была.
Телега удалялась. Любомилка вслед смотрела, потом к скамейке, что в дальнем углу сада, побежала, не села, а упала на скамейку, горько зарыдала.
— Чего опять ты так печальна, Любомилка? — К ней бабушка пришла и рядом села.
Сквозь плач рассказывала бабушке о происшедшем Любомилка:
— Они подъехали и квасу попросили, там юноша тот был, который прокатил меня, тремя годами раньше, на копне. Он ещё краше стал. Я побежала, квасу принесла в кувшине. Квас пили все — хвалили. Он тоже пил, потом кувшин отдал Екатерине. Не мне, бабулечка, а ей, разлучнице моей, Екатерине. И ей, не мне, сказал «спасибо». Она, дылда здоровая, пока я за квасом бегала, о чём-то говорила и на него смотрела. Он тоже на неё смотрел и улыбнулся даже. Сестра родная — разлучница моя. Дылда она.
— К чему ж ты на сестру в обиде? Вины в ней нет. В тебе вина.
— Но в чём, бабулечка? Что сотворила я не так?
— Слушай внимательно. Твоя сестра у платья своего на рукавах уж очень гладко вышивку цветную сотворила. Ты тоже захотела сделать всё сама, но криво получилось вышитое на платьице твоём. Ещё сестра твоя умеет говорить стихами, она в колядках лучшая, а ты не хочешь пообщаться с волхвами: они учат читать и сочинять стихи. Избранник твой, наверно, умный мальчик, красивое и умное способен оценить.
— Ещё три года, бабулечка, учиться нужно мне?
— Возможно, три. Но может быть, и пять.

Прошло десять лет. Радомир со своим ближайшим другом, с необычным именем Арга, шёл по праздничной ярмарке. Арга умел великолепную резьбу творить, картины рисовать чудные. Из глины статуи лепить, будто живые. Эти таланты ему от деда перешли, а от отца — уменье кузнеца. Длинные ряды возов со всевозможной снедью друзей мало интересовали. Не привлекли внимание молодцов и ряды со всевозможной утварью, посудой. Вообще не главным были на ярмарках какие бы то ни были материальные приобретенья. Главное — общение, знакомства, обмен опытом. Парни решили направиться к месту, где готовилось красочное представление заезжих артистов. Вдруг их окликнули:
— Радомир, Арга, вы уже видели её?
Радомир и Арга оглянулись на зов. Три молодца из селения друзей стояли чуть поодаль, и оживлённо что-то обсуждали, и предлагали жестами присоединиться к ним.
— Чего или кого видели? — спросил подошедший к ним Радомир.
— Рубаху эту необычную. Она из ткани гладкой, а вышивка с невиданным орнаментом, в нём тайный смысл, наверное, какой-то есть, — ответил один из трёх парней, второй его поправил:
— Рубаха хороша, но та, что продает её, куда прекрасней. Таких девиц не знала ярмарка округи всей.
— А как взглянуть на диво? — спросил Арга.
Все пятеро отправились в ряды, где продавались украшения, поделки чудные, красивая одежда. У одной повозки толпились больше обычного люди. Любовались висящей на палке необычной красоты рубахой. Ветерок слегка шевелил ткань, и было видно, как отличается она от обычной из грубого полотна своей лёгкостью и нежностью. И узоры, вышитые на вороте и рукавах, необычно затейливы.
— Узор подобный достоин мастера великого, — с восторгом вслух произнёс Арга.
— Да что узор, протиснись сквозь толпу, взгляни, с узором рядом кто, — сказал сосед из их селенья.
И обойдя толпу с другого края, приблизившись к повозке, увидели друзья девицу. Тугая русая коса, как небо синее глаза. Дуги-брови, на губах чуть затаённая улыбка. Движенья плавные, но будто в них энергия какая-то витает. Не сразу от девицы взгляд можно было отвести.
— Она ещё и на язык остра, да и стихами, присказками может говорить, — сказал тихонько самый рослый парень.
— Вроде нежна, да неприступна, как скала, — второй добавил. — Поговорите с ней.
— Я не смогу. Дыханье будто прихватило, — ответил Радомир.
С девицею заговорил Арга:
— Скажи нам, девица, не ты ль рубаху чудну смастерила?
— Да, я, — не поднимая глаз, ответила девица. Чтоб зимний вечер покороче был, от скуки ткала. Бывало, и на зорьке вышивала.
— Плату какую хочешь за свою работу? — вопрошал Арга, чтобы подольше слышать речь певучую девицы.
На молодых парней девица подняла глаза и сразу всех их будто унесла в заоблачную высь. На Радомире взгляд чуть задержала. И будто растворила парня в синеве. Дальнейшее он ощущал, словно в неявном, необычном сне.
— Плату какую? Растолкую. — Красавица, сидящая в повозке, продолжала: — Я подарить без платы эту вещь могу лишь человеку доброму и молодцу удалому. Себе на память от него ну, разве что, пустяк какой возьму — лошадку молодую, например.
— Вот так красавица! Ответ достойный, мастерица! — раздались возгласы в толпе. — Лошадку, говорит, — так пустячок. Она, красавица, совсем не промах.
Так возгласы и длились, но люди из толпы не расходились. И вдруг, по сторонам надвое разделилась толпа. Арга вёл под уздцы буланой масти молодого жеребца. Горяч был конь и необъезжен, на месте гарцевал и взбрыкивал.
— Вот так лошадка! Это — чудо-конь! Неужто молодец его отдать решился? — шептались все в толпе.
Арга к повозке подошёл, сказал:
— Отец коня мне этого отдал. Тебе, красавица, его я за рубаху отдаю.
— Спасибо, — ответила спокойная девица. — Но говорила я, и люди слышали, рубаху я не продаю, лишь подарить её могу, тебе, быть может, иль другому молодцу.
— Ага, красавица-то наша испугалась. Конечно, конь — горяч, не каждому и молодцу под стать. Ждала лошадку, задавалась, — из толпы неслись насмешки. — Ну, спасовала, так и что ж, тут каждый остерегаться должен, уж больно конь горяч и необъезжен.
Девица, хитро улыбнувшись, на толпу взглянула и с необычной лёгкостью на землю спрыгнула с телеги. Все возгласы толпы замолкли враз. Прекрасен был, будто художником великим точён, стан девичий. Она пред всеми во всей своей красе предстала, с улыбкой посмотрела на коня, три шага сделала к Арге, как будто проплыла, слегка земли касаясь. От неожиданности повод выпустил Арга. Встал на дыбы горячий жеребец. Но девичья рука успела повод подхватить. А дальше… дальше, к изумлению людей в толпе стоящих… Левою рукой девица ловко жеребцу сдавила ноздри. И, повод отпустив, правою рукою погладила коня по морде. И жеребец горячий, вдруг затих. Она к земле его клонила голову. Слегка сопротивлялся жеребец, но всё ж, к земле клонился. Ниже, ниже… И вдруг горячий конь перед девицей на колени пал.
Из толпы вышел старик седой, сказал:
— Так покорять зверей, коней волхвы лишь могут_старые и то не все. Но ты — девица молодая. Как тебя зовут? Ты чья?
— Я — Любомила из соседнего селенья. А чья?
— Ничья. Я просто дочь своего отца. А вот и он подходит, строгий мой отец.
— Когда бы строгим был, — сказал вернувшийся отец, — ты что опять здесь натворила, Любомилка?
— Так, ничего. Немножко лишь с жеребёнком поигралась.
— Немножко? Вижу. Отпусти коня. Домой пора нам отправляться…

Что же случилось с Любомилой за эти годы, где мудрости и ловкости она вдруг научилась?
В ведрусской школе.
В этой школе обучался каждый с детства раннего до старости глубокой. Каждый год экзамены сдавались. Программа этой школы по маленьким крупицам составлялась от сотворенья и в веках обогащалась. И мудрость неназойливо внушалась. Уроки не такими были, как ныне в современной школе. Ты говорил однажды мне, Владимир, о выражении одном, бытующем у вас. Когда ребёнок шаловлив и груб, случалось, становился, привычки вредные в нём появлялись, о нём тогда и говорили, что улица ребёнка воспитала, что ему вольница дана была. Своих детей ведруссы безбоязненно на вольницу пускали. Все знали: система празднеств, обрядов так тонко и умело продумана была, что увлекала всех детей на подготовку к ним. Они играли вроде бы, на самом деле, обучались сами, без взрослых часто, наукам разным. Экзамены в ведрусской школе на празднеств череду похожи были, игрищ. С помощью их учили взрослые детей, и сами у детей учились. Чреда весёлых празднеств у людей ведрусского периода — это система, помогающая мирозданье познавать и обучать детей простым житейским мудростям.
Волхвы — бродячие учителя и информаторы о происходящем в мире. Бояны, барды напоминали тоже о событиях из прошлого, и будущее предрекали, и прославляли мир прекрасных чувств иль порицали недостойных. До возникновения в себе любви, малышка Любомилка не стремилась посещать занятия волхвов и слушать песни бардов и боянов. Родители своих детей насильно учиться не заставляли, но, при удобном случае, могли им ненавязчиво подсказку дать. Любовь энергией своей малышку Любомилку окутала. В семье ведрусской появление любви воспринимали, как нового члена семьи от Бога, в помощь посланного им. И знали, как, в согласии с любовью, можно жизнь девочки прекрасной сделать. Вот бабушка и посоветовала Любомилке пойти к волхвам и поучиться. Не просто так учиться неизвестно для чего, а с целью — для любимого стать лучшей самой. Любомилка согласилась и решила: когда придёт волхв, который будет учить, как песни голосом красивым петь, она к нему с подружками пойдёт. Но нужный волхв не шёл. Любомилка решила просто так сходить к очередному. Пришла и слушать начала. Волхв говорил о предназначении растений разных, запахов от них и как лечить растениями можно человека.
«Зачем мне это нужно? И не нужно вовсе, — решила Любомилка про себя, — и так все знают, как лечить, и мама, бабушка, сестра — все знают. И даже, если буду больше всех я знать о травках разных, то, как это заметит мой избранник? Никак он не заметит».
И Любомилка слушала невнимательно волхва. Так просто, за компанию с подружками на брёвнышке сидела. А иногда вставала, отходила и одна бродила по полянке. Обрадовалась, когда закончил волхв свою лекцию и все домой идти собрались.
И вдруг волхв старый обратился к Любомилке:
— Скажи мне, девочка, тебе неинтересной показалась речь моя?
— Она мне просто не нужна нисколечко, для дела моего секретного, — волхву тихонько сообщила маленькая Любомилка.
Учитель-волхв чуть лишь улыбнулся. Всё понимал тот прозорливый старец о девичьих делах секретных и заметил:
— Возможно, девочка, права ты, и ни к чему тебе пока такие знания. Ты ведь, ещё дитя. А я для девушек их сообщаю, как стать красивой самой и как создать Любви пространство для любимого.
Его увидев, он обязательно узнать захочет, кто сотворить способен оказался красоту великую? И восхитится той, кто к нему выйдет, как творец. Ещё я по секрету сообщу девицам, как плести венец и как отвар готовить для любимого из трав, чем умываться можно по утрам, чтоб тело пахло, как цветок. Еще девицам расскажу…
Маленькая Любомилка слушала старца, и всё больше сожалела, что не ходила на беседы с ним. Больше недели он гостит в селении. Секреты важные девицам рассказал, она о них не знает ничего. И спросила старца Любомилка:
— Вы ещё долго будете гостить в селенье нашем?
— Через два дня уйду, — ей старец отвечал.
— Через два дня? — не скрыла девочка разочарования. — Через два дня… Тогда прошу вас очень-очень последние две ночи ночевать у нас.
— В дома другие приглашён я и согласье уже дал, — ответил волхв. — Но, впрочем, если хочется тебе…
— Да, очень-очень необходимо мне от вас узнать о травках разных.
Волхв старый все вечера беседовал с влюблённой Любомилкой. Мудрец знал: вдохновение любви поможет девочке познать за день науки суть, другим на это года будет мало. А уходя, когда волхва провожала Любомилка к околице селенья, он сказал девчушке:
— Следом за мной к вам волхв придёт другой. Он будет говорить о звёздах, о Луне небесной, Солнце и мирах невидимых. Кто его понять сумеет, тот звезду зажечь на небе сможет путеводную любимому избраннику, и та звезда обоим будет светить вечно. Потом придёт к вам волхв, который знает, как самого из строптивых коней можно покорным для любимого и другом ему сделать и приручать зверей. Ещё к вам бард должен прийти, он знает, как писать стихи и песни голосом такие выводить, что люди многие полюбят голос, затем — всё сказанное человеком. И танцевать он может научить.
— Скажите мне, пожалуйста, к какому волхву мне не следует ходить? — вдруг Любомилка к старцу обратилась. — Ведь не могу я всё время волхвов слушать.
Вновь старый волхв, улыбку хитро затаив, серьёзно девочке ответил:
— Да, ты права. Если ходить по всем, тогда и просто поиграть совсем не будет времени. Ты не ходи ко всем. Зачем тебе, к примеру, рисовать ходить учиться?
Вышивать орнаменты, в них смысл закладывать свой потаённый. Зачем тебе наука эта, если у тебя есть старшая сестра, а она, я думаю, в науке этой непревзойдённой будет мастерица. Ещё, зачем тебе, к примеру, ходить учиться познавать, как можно чувства добрые вложить в рубашку, когда шьёшь её, и та рубашка будет охранять от многих бед. Как можно кашу приготовить с любовью своим близким, и они не только плоть свою насытят, но и душу. Вкус каши той непревзойдённым будет. И это в совершенстве может соседняя девчушка, твоей сестры подружка, делать. Когда захочешь платье получить красивое или рубашку кому-то необычную в дар преподнести и чтоб все были в восхищенье от подарка, сестру свою проси, она и сотворит чудесные творенья. А если кашей или квасом необычным захочешь кого-то угостить, проси сестры твоей подружку.
— Не буду никого просить, — вдруг выпалила, забывшись, Любомилка и даже ногой топнула, — соперницы они мои.
— Соперницы? А в чём? — спросил серьёзно старец.
И не стесняясь Любомилка отвечала старцу:
— Есть мальчик, лучший он из всех, он на меня внимания не обращает, потому что эти дылды вырасти раньше меня успели. Они всё время улыбаются ему.
Я видела, когда на капище водили хороводы. И я ещё должна буду ему рубашку от сестры дарить, а квас — её подружки?! Не бывать такому! Никогда!
— Но почему же не бывать? Ты говоришь, он — лучший из всех мальчишек.
— Лучший. Я это точно знаю.
— Тогда ответь мне, почему лучший из всех не должен лучшую рубашку получить в подарок, и кашу лучшую, и квас? И… — Волхв старый сделал паузу и тихо, словно про себя, добавил: — Я думаю, что справедливым будет ему и лучшую из всех невесту получить.
— Невесту? — вспыхнула румянцем Любомилка.
— Да, невесту, — волхв отвечал, — ведь ты же ему должна добра желать. Пусть будет для него невеста из всех лучшая.
Любомилка смотрела на волхва, не находя никаких слов. Чувства переполняли её и жгли. И она вдруг побежала от старца. Но, пробежав немножко, остановилась, повернулась к мудрому волхву и крикнула: — Он достоин лучшей из всех невест. Такой невестой буду я!
* * *
С большим интересом посещала Любомилка каждого пришедшего в селение волхва. Первой прибегала на беседу и уходила позже всех, вопросами волхвов своими удивляла. Запоминала всё, что говорили мудрецы. Такое в обучении возможно, лишь, когда не просто так занятия ребёнок посещает, а точно знает, где он будет применять полученные знания. Когда ученье для ученика тягостно, оно непродуктивно. Когда есть цель у человека, достичь которую познанием наук разных возможно, — ученье в радость и в сто крат быстрее происходит усвоение. Когда ж любовь участвует в учении — эффект непревзойдённый происходит. Любовь сканировать способна мысль любого мудреца, лишь нескольких слов, сказанных учителем, достаточно бывает, чтобы любовь в мгновение всю тему объяснить могла ученику и дальше мысль его увлечь. Подарок Бога — энергия великая — любовь главной была в обучении Любомилки. И дома с интересом необычным девочка смотрела, как мама или бабушка обед семье готовит. И требовала, чтобы ей подробно объясняли все действа, и сама старалась блюда разные творить. И получались у малышки необычные творенья. Однажды в Масленицу родственники на блины пришли, народу множество к столу подходит, блины берут из стопок двух. Одну мать с бабушкой пекли, другую — маленькая Любомилка. Её блины по нраву больше других пришлись гостям. И с радостью смотрела из дальнего угла девчонка, как уменьшается её стопка блинов быстрее других. Когда семейство всё за стол садилось в будний день, щи ложкой деревянной первым черпал дедушка. И говорил:
— Я точно знаю, кто готовил это блюдо. Не превзойти его приятный нежный вкус.
— Ещё бы, — добавлял отец, — в нём не только необычных трав соцветия — в нём чувство есть.
Маленькая Любомилка с лёгкостью науки познавала, в быту непревзойдённой стала рукодельницей и внешне необычною красою расцветала. От первого волхва, сама того не ведая, она познала истину великую любви. Коль хочешь рядом с Богом быть — богиней стань сама.

Взрослели дети. Наступала пора искать любимых. В деянье важном игрища творились в помощь молодым. Внешне просты они, но смысл великий в простоте той заключался. «Ручеёк»

Игра такая, например, была. Молодые люди вставали парами друг за другом, за руки брались, вверх руки поднимали. Вначале парень с парнем, девица с девицею стояли. Те, кому пары не досталось иль первыми стоящие, шли к концу «ручейка» и, наклонившись, проходили под поднятыми руками к его началу. Проходящий по «ручейку» не должен был смотреть вверх. Он наугад хлопал по чьей-нибудь руке, себе на время пару выбирая. На кого выбор выпадал, шёл следом, и они вдвоём вставали впереди всех пар. Оставшийся без пары шёл к концу шеренги и снова себе пару выбирал. Игра — проста, но, посуди, Владимир, сам, взявшись впервые за руки, могли немало чувств друг другу передать без слов младые люди. Признанье, благодарность и любовь или, напротив, отторженье. В продолжение игры пары менялись, и можно сравнивать было легко, чья для тебя рука из всех самой приятной будет.

Ведрусская семья, в данном случае, семья маленькой Любомилы, восприняла появление в девочке чувства любви, как подарок Бога. И отнеслась к появлению этого чувства, как к новому члену своей семьи, направленному Богом, в качестве помощника в воспитании маленькой девочки. А может, и как основного воспитателя. В итоге, бабушка помогла девочке понять, что хочет великая энергия Любви от неё, указывая простым, понятным ребёнку языком на конкретные действия. Девочка с вдохновением начинает познавать науки, премудрости бытия, совершенствует собственный дух и тело. Кто главным был в успехе Любомилы? Бабушка, мудрые учителя-волхвы, сама девочка или неутомимая, великая энергия Любви?
— Думаю, если убрать усилия энергии Любви, то все другие участники воспитания девочки едва ли могли дотянуть до половины достижения. Но, не будь их, энергия Любви вряд ли могла одна направить девочку по правильному пути.
— Значит, произошло совместное творение, и радость всем от созерцания его. А это, как раз, то, чего желает Бог от человека.
— Согласен. Сам свадебный обряд — это вообще непревзойдённый по красоте, смыслу и рациональности праздник-шедевр. Если сравнивать его с сегодняшними свадебными обрядами, то получается: мы превратились в оккультных идиотов. Что остаётся молодым, после современной свадьбы? Воспоминания о катаниях на машине почему-то к «вечному огню», пьянка в кафе или ресторане, крики «горько» да публичные поцелуи, растрачивающие энергию, предназначенную для зачатия ребёнка.
После ведрусского обряда венчания, остаются молодым не воспоминания, а реальный дом, с радостью построенный лучшими мастерами, сад с множеством растений, посаженных руками родственников, друзей, соседей по проекту молодых влюблённых.
— Фактически им остаётся истинное пространство Любви. Святое, истинно Божественное, живое гнездо, в котором впоследствии и произойдёт зачатие ребёнка.
Свидетелями на ведрусском обряде венчания выступают не двое, как сейчас, друзей, а все родственники, вся округа, и ставят росписи не на клочке бумаги, а на земле живым твореньем. Молодые, в свою очередь, вместе сдают экзамен, перед всем селением рассказывая о своём проекте будущего родового поместья. Думаю, то, что они представляют, неизмеримо выше сегодняшних докторских диссертаций. Конечно, материализация живого пространства, дом, хозяйство, красота действий, с помощью которых они создаются, несомненно, важный фактор. Но, не менее важным является еще один невероятный аспект. Посмотри, кто венчает молодых. Не родители, не какой-то случайный человек из загса или священник, которого зачастую видят в первый и последний раз. Любомила венчает Радомира сама! Она надевает ему на голову, при всех собравшихся, венец. Такое действие могут совершать поистине дети Бога. Этот психологический фактор — не так прост, как может показаться на первый взгляд. Человек, позволяющий регистрировать свою любовь каким-то случайным людям, на подсознательном уровне уже снимает с себя ответственность за дальнейшую судьбу семьи. Любомила, наоборот, возлагает её на себя. Между современными регистрирующими свой брак молодожёнами и Богом — много условностей. Это и благословение родителей, и регистрация в загсе, и священник в церкви. Между ведрусскими молодожёнами и Богом — никого. Следовательно, их брак может благословлять только сам Бог. И Он действительно это делает реальным проявлением, ещё до возложения венца. Он посылает им взаимную любовь. Ведруссы знали, как её принять и сделать вечной.
А что же происходило перед зачатием в Ведрусский период жизни людей?
Зачатие.
Состоялся обряд венчания. Но молодые не прыгают сразу в кровать для совершения известных действий первой брачной ночи, после свадебной пьянки. Их не заставляют родственники ложиться в постель, а потом показывать всем присутствующим на свадьбе окровавленную простыню, как это делалось во многих свадебных обрядах, особенно на Кавказе. Молодые влюблённые уходят каждый в свой родительский дом. Спят, принимают омовение. И в этом действе также кроется великий смысл. Проходят волнения, связанные со сдачей проекта поместья. Волнения, связанные с самим венчанием, где они полностью были заняты друг другом и находились на пике, пусть и приятного, но всё же, нервного напряжения. Они отдыхают, отсыпаются в доме своих родителей, конечно же, думая друг о друге. Через два дня происходит их первое свидание, как мужа и жены. И к этому моменту, всё подготовлено к зачатию их ребёнка. Дело здесь не только в материальных благах. Дом, тёплый загон для живности, и огород, и сад важны, конечно.. Но также важным будет душевное и физическое состояние молодых. Проснулся до рассвета Радомир. И никого не разбудив, венец одев, рубашку с вышивкою матери с собою взял. Он побежал к ручью, что брал исток от родника. Луна путь предрассветный освещала, гирлянды звёзд ещё мигали в вышине. В ручье омывшись, он надел рубашку, быстро пошёл к заветному творенью. Небеса светлели. И вот стоит он в месте том один, где праздник был ликующий селений двух недавно, которое мечтой своей творил. Какая сила чувств и ощущений в человеке может быть в момент такой — не осознать тому, кто не испытывал подобного ни разу.
Можно сказать, Божественные возникли в человеке ощущения и чувства. И нарастали ожиданьем трепетным рассветного луча, в котором… Вот она! Она, его прекраснейшая Любомила! Освещена лучом рассветным, она бежала на свидание к нему и сотворенью своему. Виденье во плоти спешило к Радомиру. Предела совершенству нет, конечно, но время вдруг остановилось для двоих. Они вошли в тумане чувств своих в дом новый. Яства на столе, манящий аромат цветов сухих шёл от покрывала с вышивкою на постели:
— О чём ты думаешь сейчас? — она его горячим шёпотом спросила.
— О нём. О нашем будущем ребёнке, — и вздрогнул Радомир, взглянув на Любомилу. — О, как же ты красива! — он, не сдержавшись, очень осторожно своей рукой её плеча коснулся и щеки.У Любомилы с Радомиром не просто радость на душе была: они, в беззвучном ликовании, смотрели друг на друга.
«Мой муж, — беззвучно про себя шептала Любомила, — мой муж, спасибо небу и Вселенной всей. Какое счастье — жизнь в любви Ты даришь людям, Боже правый».
«Моя жена», — на Любомилу глядя, думал Радомир. Он прикрывал глаза, вновь открывал, чтобы её увидеть, будто бы, внезапно. Будто видение в мире лучшее. Будто явление богини самой главной перед ним. Но не «будто» видел он перед собою богиню Любомилу. Богиню Радомир видел наяву. Дыханье жаркое Любви двоих окутало и унесло в неведомую высь. Никто за миллионы лет не сможет в деталях описать, что происходит с ней и с ним, когда в любви порыве обоюдном, для сотворения сливаясь воедино, подобие своё и Бога люди вершат. Но знали точно люди-боги из Ведической культуры: когда необъяснимое вершится чудо, соединяя двоих, впоследствии останутся они каждый сам собою. И, в то же время, в необъяснимый миг вздрогнет Вселенная, видение взирая: Душа младенца босиком по звёздам ножками перебирая, к Земле стремится, собою двух и третьего в едином воплощая. Рассвет переходил в счастливый день. И поднималось солнце над землёю. Светило ярче тоненьким лучом в то место, где стояли боги на земле. И больше солнца света невидимым и благословенным сиянием энергия Любви, подарок Бога земным богам, собою их озаряла. И ликовала энергия Любви! Разумна ли она? Разумна! Как чувства все — частички разума, она средь всех важнейшею считалась Богом. Когда творилось Богом сотворение великое Земли, Он говорил Любви:
— Спеши, Любовь Моя, спеши не рассуждая. Спеши с последней искоркой своей. Энергией великой благодати окутай их, всех будущих Моих сынов и дочерей.
Теперь, когда в любви у Любомилы и Радомира зачатие произошло, к Богу Любовь взывала:

Невидим Ты, Творец Великий. Но дети видимы Твои. Невидимой была и я. Теперь я вижу отражение своё на лицах у Твоих детей. Они Твои и будто бы мои. Детей хочу их нянчить и понять, как смог предвидеть Ты, Творец Великий, меня отдав всю без остатка от Себя? Как мог предвидеть благодать земную? Явись во всей красе Своей в величье перед детьми.
Шептанием ветерка едва заметного Бог отвечал Любви:
— Собою не посмею отвлекать детей Своих от сотворенья их великого и вдохновлённого. И ты, Любовь Моя, не обожги сердца младые в порыве ликованья своего. Я помню, как Меня ты обжигала благодатью энергии своей. Я чувствую, сейчас ты так же обжигаешь с ликованием наших детей.
— Мой Бог, не обжигаю, согреваю. Ты произнёс «наших детей», я вздрогнула слегка лишь, на мгновенье энергии прибавилось во мне. Но я сдержала их, не обожгла. Ты произнёс: «наших детей», так значит, и чуть-чуть они мои.
— Те, кто рождён будет в любви, поймут, кто мать их и отец.
— Владимир, нелегко, быть может, осознать, но ты понять попробуй. У ведруссов в зачатии детей совсем не главной связь интимная была.
Когда у Любомилы и Радомира желание возникло сотворить ребёнка, они не видели его отдельным от себя. Культура чувств в те времена иной была. Влюблённые муж и жена друг в друге видели дитя. И ласки оттого их совсем иными были. Влекла не страсть соития к друг другу их. Влекло великое стремленье к сотворению. И Любомилу Радомир обнял, словно дитя своё. Погладил нежно волосы рукой, груди упругой коснулся он, плечи гладил, целовал её ладони. Она его лицо руками трогала и плечи. За шею нежно взяв, к своей груди, словно дитя, прижала… Трактатов в мире множество, людей пытающихся соитию интимному учить. Но не было, не будет никогда трактата, способного ведрусское зачатие представить. Тела влюблённых не главную в них играли роль. Тела лишь волю и желания исполняли людей. В другом в то время измеренье пребывали люди. Когда великое деяние свершалось, они на Землю возвращались.

Волхвы умели побеждать явление телегонии, то есть, последствия добрачной связи. Если женщина имела добрачную связь, первый мужчина, как теперь известно, непременно оказал влияние на внешность и характер ребёнка, который будет зачат другим мужчиной.
— не всегда ребёнок походить на первого мужчину должен. Бывает яркость событий новых, ощущений чувств стирают информацию о прежних неудачных связях. Это явление затрагивает не только женщин, но, в равной степени, мужчин. Добрачная связь мужчины точно такое же оказывает воздействие и на будущего ребёнка. И от самой порядочной, девственной девушки может родиться не её ребёнок, если мужчина не девственник. Но всё же, у ведруссов есть обряд, способный старое, ненужное стереть помочь. Мужчину, женщину он очищает, три мысли в нём участие принять должны.

Вот в чём заключается обряд. Мужчина должен в том месте, где живут супруги на природе, соорудить постель под звёздным небом. Сам постелить её себе и женщине своей. Три дня должны они поститься, три дня под звёздным небом спать. И перед каждым сном мужчина должен женщину водою родниковой омывать и омываться сам. Мужчина женщину льняною тканью должен вытереть, но сам не должен обтираться, а лишь руками капельки воды с себя снимать. Мокрым в постель с женщиной ложиться должен мужчина. Интимной близости у них быть не должно в эти три дня. Когда под звёздным небом будут засыпать, в ночь первую за прошлое простить друг друга надо каждому и сразу, с ночи первой, о будущем ребёнке представлять. Мужчина должен думать, что на женщину его похожим должен быть ребёнок, а женщина представлять его похожим на мужчину. Когда эти три дня пройдут, можно вступать и в близость плотскую, планеты о прошлом, о незачатых детях в них информацию сотрут. Но, перед тем, как в связь интимную вступать, мужчина должен женщину и обвенчать. В обряде ведрусском это делает девушка: она возлагает на голову избраннику венец, но, в данном обряде, должен обвенчать мужчина женщину. Этот обряд не обязательно свершать тем парам, которые вместе искали место под будущее своё поместье, нашли его и стали жить в нём.
— Почему им не обязательно? — Сам поиск, первые три обустройства дня очистят их, если они о будущем ребёнке три дня будут мечтать, его не зачиная…
— Анастасия, а где же третья мысль? Ты говорила, необходимы три мысли одновременно.
— Да, говорила, и, в данном случае, три мысли были.
— Уже на третью ночь, когда мужчина с женщиной под небом спали, им своей мыслью помогал ребёнок будущий.
— А где он был?
— Там, где все дети до зачатья земного воплощенья ждут.
Вот и весь обряд, который волхв великий просчитал и людям преподнёс, и радовался сам, сколь действен его обряд. Счастливых семей после него побольше стало.

По информации Анастасии процесс зачатия, вынашивания и появления на свет человека — процесс, в главном, не физиологический, а психологический. Это — высшее совместное творение мужчины и женщины. Это — итог высшей работы их мыслей, чувств, интеллекта. Плод в материнской утробе живёт и развивается не потому, что кто- то написал на эту тему некие трактаты, а потому, что так задумано Создателем, природой. Вторгаться в этот, в высшей степени, совершенный процесс означает заменять естественное, совершенное на искусственное и менее совершенное. Физиология формирования человеческой плоти запрограммирована Создателем и может протекать сама по себе, не утруждая мать и отца на руководство данным процессом. Психология, философия рождения — неизмеримо более высший процесс — всецело находятся во власти матери и отца. Это — совместное творение человека и Бога. Возникающая в момент рождения младенца боль свидетельствует о неправильном психологическом подходе родителей к процессу рождения. В естественной природе рождают своё потомство множество животных, и никто из них не погибает, не испытывает страданий. И для своего любимого творения, человека, Создатель не помыслил боли. Как боль не мыслят для своих детей любящие родители. При выполнении высшего своего предназначения — сотворения Божественного человека — награду обозначил Творец женщине, носившей плод Божественный в себе. Награда эта — ощущение блаженства, радостных восторгов череда при родах, а не боль. Напротив, радостен процесс рожденья человека должен быть, приятен.
— А что, рожать можно совсем без боли?
— Не просто без боли, а с величайшим, приятнейшим наслаждением и радостью.
— Так современная медицина, как раз, и может обеспечить почти безболезненные роды с помощью наркоза.
— Наркоз уменьшит боль у матери, но увеличит для младенца боль душевную, ведь, при наркозе, он теряет с матерью контакт. Страх поселит в нём состояние такое, неуверенность в себе, они в нём будут даже в повзрослевшем, даже в старости глубокой. Они ему родиться не позволят вновь.
— Но, почему такое происходит?
— Когда живёт в утробе материнской человек, ему уютно в ней, комфортно, благостно, спокойно. На физическом плане он получает всё необходимое. Отсутствие проблем, присущих человеку в повседневной жизни, ему всё мирозданье позволяет ощущать.
За девять месяцев от сотворенья, мира информация вся сообщается ему о прекрасном мирозданье, о предназначении людском. Прекрасен мир его в утробе материнской, необъятен. И вдруг из благости великой его что-то выталкивать стремится грубо. Всем женщинам известно: это схватки начались, они как будто неизбежность, и потому не думают люди о том, какие ощущения от них младенец может испытать. И мало женщин в современном мире знают, что не пугать, наоборот, ласкать при схватках можно им ребёнка своего, с ним говорить, общаться, приглашать на свет родиться. При этом, боль самой не ощущать. Зов матери своей и своего отца услышит он, расценит сдавливание лаской и призывом, захочет необычное познать, на свет своим желанием родиться. Своим желанием родиться, в этом важность необычная заключена. Вся информация от Бога, при таких родах, в нём будет храниться. Когда у женщины испуг от схваток происходит, испуг в утробе ощущает человек. Когда боль у женщины от схваток и думы только о себе, в утробе человеку боль вдвойне, он ощущает брошенным себя, а главное — беспомощным и беззащитным. Вредны такие чувства и непроходящи. Они стирают информацию, полученную ранее о мирозданье. Стирают потому, что ей противоречат. При таких родах впервые в жизни ощущает человек себя не властелином мирозданья, ничтожеством, подвластным неким силам. Родится тело человека, но властелина дух и доброго творца в нём не родятся. Подобием Божественным не станет человек такой, а будет, лишь рабом сущности иной, всю жизнь от рабства освободиться станет он пытаться тщетно. Быть может, и не зря сейчас некоторые женщины кесарево сечение делают? При нём подобного не происходит, как считаешь?
— Происходит. Рождением человека подобный способ тяжело назвать, скорее он на операцию обычную походит. Кто человека в мир при ней приводит, мать, не родившая дитя, или хирург, из тела материнского плод отрезающий?
Ещё не появившийся на свет младенец вдруг теряет с матерью контакт, а значит, с мирозданьем всем. Потом его насильно извлекают из утробы. Зачем? Куда? И почему так грубо? И почему ничто от него не зависит? Мир рушится весь для него! На свет рождается дитя, считают люди, а он, в Момент рождения, ощущает погибающим себя. И вроде бы, остался жив младенец-человек, на самом деле, жива осталась только плоть. Своё Божественное «Я» ничтожными остатками духовной сущности своей всю свою жизнь пытаться будет он искать. Повинны в этом — лишь отец его и мать.
— Анастасия, как я понял, от женщин, от того, как они вынашивают и рожают детей, зависит будущее их потомства и будущее всей человеческой цивилизации. Это так?
— Да, так, Владимир. Но, не в меньшей степени, а в равной, зависит рождение человека от отца, мужчины.
— Ты поясни подробнее, какая роль мужчины в родах? И почему его отстранение равносильно отстранению Бога? Отец-мужчина должен принимать у жены своей роды?
— Совсем не обязательно мужчине роды принимать, достаточно и рядом быть, в этом — не главное предназначение отца.
— Но в чём же тогда главное предназначенье?

— Чтобы понять, необходимо осознать: утроба материнская питает плоть плода, в ней зачатого от любимого мужчины. Питает плоть, она — важна, но ведь, не главная она.
Плод реагирует на состояние, на чувства матери и, в равной степени, на чувства и отца. Когда муж говорит с беременной женой, плод слов родителей своих не разбирает, не понимает до конца значения произносимых слов, но тонко ощущает чувства родителей своих. Мужчины иногда, в порыве нежных чувств, погладить могут у беременной жены живот и, ухо приложив к нему, услышать шевеление ребёнка. Подобные прикосновения приятны женщине, но плод в ней находящийся, казалось бы, физически их ощутить не может, но он их ощущает на уровне неизмеримо большем. Потоки чувств от матери и от отца к нему идут, он принимает с радостью великой их, с блаженством. На чувственном уровне и мысли считывает плод. Когда родители в любви, в согласии ребёнка ждут и думают о нём, то, лишь зачавшись, он находится постоянно в энергетическом поле матери и отца, ему оно приятно. Через ощущения матери и отца ребёнок ощущает окружающее пространство за пределами материнской утробы. Если отец, находящийся рядом с беременной женой, услышав пенье соловья, ему возрадуется, то плод в утробе матери почувствует и пенье соловья, и отца радость. Родившись, повзрослев, он точно так же, как в утробе, будет радоваться пенью соловья. Если отец иль мать вдруг испугаются, змею увидев, родившийся малыш тоже пугаться будет при виде змей. В утробе он змею, конечно, не мог сам видеть, но, через виденное родителями, информация о ней в его храниться будет подсознании всю жизнь. Когда отец беременной своей жене умело песни будет петь, младенец их, взрослея, запоёт отца не хуже. О звёздах мысленно станет рассуждать отец, родившись, будет проявлять интерес к звёздам чадо их.
Примеров много говорит, что воспитание ребёнка эффективно начинать с утробы материнской. И даже, чуть-чуть раньше, чем зачатие произойдёт.
— Как это раньше? Раньше зачатия, ведь никого ещё нет?
— Вот ты о телегонии мне говорил, Владимир, о том, что родившийся у женщины ребёнок похож бывает на первого её мужчину, а не на того, с кем материальное зачатие произошло. Это явление, как раз, и говорит о том, что даже не зачатый, а лишь в очереди на зачатие стоящий человек читает информацию отца.
— Разве такая очередь существует?
— Да. Как только у мужчины с женщиною близость происходит, в пространстве дух рождается, готовый в материальном воплотиться.
— И даже если близость просто так, не для рождения детей была?
— Дух появляется, когда мужчина испытывает удовлетворение.
— В физике есть закон о сохранении энергии.
— А, при чём здесь этот закон?
— В мужчине, в ходе близости с женщиной, нарастает необычная по силе энергия, и, в определённый момент, происходит её выброс. Согласно закону сохранения энергии, она не может просто так бесследно исчезать, но может из одного состояния переходить в другое. В данном случае, колоссальная энергия мужчины, её молниеносный выброс и формирует дух. За девять месяцев в утробе материнской живущего младенца родители многому могут научить. Урок два раза повторять ему не надо, запоминает он мгновенно на всю жизнь всю информацию, идущую через родителей своих. Отец, обладающий полноценными знаниями, все девять месяцев словно вынашивает, формирует духовное и интеллектуальное «Я» своего ребёнка.
Именно он, отец, ответственен за высшую составляющую человека, и в этом, его роль подобна Богу. Именно отец рождает духовную составляющую человека. На все девять месяцев отцы должны составлять программу, формирующую дух, характер, интеллект будущего человека.
— Ты говоришь, Анастасия, о программе, об отце, обладающем полноценными знаниями о процессе воспитания своего ребёнка, находящегося в материнской утробе…
— Я говорю не о воспитании отцом ребёнка, а о рождении. Отец не воспитывает, а именно рождает второе нематериальное «Я» своего будущего сына или дочери своей.
— Такого понятия, по-моему, у нас вообще не существует. Наверное, зря не существует. Считается, главная роль отца в рождении ребёнка заканчивается после зачатия. После него отец, в лучшем случае, помогает по хозяйству беременной жене, обеспечивает её всем необходимым.
— К сожалению, так зачастую и происходит. А кто, в таком случае, формирует главную духовную составляющую человека, если отец не понимает своего предназначения? Случайности, иль кто захочет, знающий о ней, свою преследуя при этом цель.
— И получается, мужчины, незнакомые с возможностями полного участия в формировании будущего своего ребёнка, начиная с момента его зачатия, потом растят, как бы, не полностью своих детей?
Я, кажется, начал понимать значение сказанного Анастасией и, на его фоне, весь тупизм нашей жизни. Может быть, все социальные катаклизмы, как раз, из-за того и происходят, что мы, в своём подавляющем большинстве, даже находясь рядом со своими детьми, фактически мало к ним имеем отношения.
Мы бросаем их на произвол судьбы, отдаём их кому-то.

Обряд ведрусский на современном языке можно назвать научным и рациональным действом человека, основанном на знаниях Вселенских всех энергий, взаимоотношений с ними человеческой души. Средь прочих, есть обряд для женщин, которые вынашивать, рожать дитя должны были вдали от мужа. Такие ситуации, хоть и очень редко, случались и в Ведрусской цивилизации.

Случалось, в дальний поход идти мужчина должен был. Дома оставшаяся беременной его жена и совершала внешне простой обряд, но длительный по времени и сложный для ума и воли. Если любовь к отцу ребёнка у женщины той сильною была, то достигала цели женщина одна в рождении ребёнка полноценным. Любовь — великая энергия — ей в этом помогала.
— А в каких действиях обряд такой заключался? В нашей современности есть тоже женщины, которым приходится вынашивать ребёнка, а потом, рожать без мужа, обряд, о котором ты говоришь, может, и им пригодится.
— Зачавшая ребёнка женщина, находящаяся вдали от отца своего ребёнка, на протяжении девяти месяцев, не менее трёх часов ежедневно, должна мысленно общаться с ребёнком от имени отца.
Иногда мысленно разговаривать с отцом о будущем ребёнка, можно спорить, но, ни в коем случае, не допускать агрессии, даже в споре. Диалог родительский должен быть только доброжелательным по отношению друг к другу и ребёнку. Желательно, чтобы диалог происходил в одно и то же время. Общение женщины с ребёнком от имени отца можно разделить на две части, утром и вечером. Примерно, за 15-19 минут перед мысленным диалогом с ребёнком от имени отца, женщине необходимо принимать небольшое количество быстро усваиваемой пищи или напитка, полезного для неё и ребёнка. Напиток, употребляемый перед мысленным диалогом, должен быть одним и тем же на протяжении всех девяти месяцев. Ни в каких других случаях, кроме мысленного диалога, его употреблять не следует. Я, например, готовила напиток, состоящий примерно из ста граммов кедрового молока, трёх капель кедрового масла, щепотки цветочной пыльцы, немножко мёда на палочку брала, размешивала в деревянной ступке и пила очень маленькими глотками. Напиток можно составлять и из других продуктов, но только они должны быть обязательно натуральными, экологически чистыми, легко усваиваемыми организмом матери, полезными и приятными ребёнку, находящемуся в утробе материнской. Это — очень важно. Если употребляемый матерью напиток будет неполезен и неприятен ребёнку, он будет ассоциировать диалог с отцом, как неприятное явление и отторгать впоследствии отца, противиться общению с ним. После рождения ребёнка, женщина должна употреблять этот напиток незадолго до того кормления, когда она предполагает общение от имени отца. Если подрастающий ребёнок перестанет употреблять материнское молоко, а отец ещё не появился, выбранный женщиной напиток никогда не следует давать ребёнку. Его ему необходимо преподнести в момент первого контакта с отцом. Ещё женщине необходимо выбрать на небе звёздном звезду, через которую она будет общаться со своим любимым мужчиной. И каждый раз, перед мысленным диалогом с ребёнком, вспоминать о ней. Общаясь мысленно с ребёнком, женщина, как можно чётче, представлять должна образ его отца: характер, интонации, мировоззренье и не лукавить, не приукрашивать мужчину. И если не согласна в чём-то с ним, пытаться объяснить понимание своё, не агрессивно, а с любовью. Вины в непонимании не возлагать на мужчину, считать себя неспособною мысль убедительно, понятно излагать. Или подумать, может быть, ещё внимательней над тем, что говорил мужчина. Ещё во время диалога погладить женщина беременная себе живот должна, при этом, мысленно образ отца представить. И очень важно в диалоге со своим мужчиной все негативные моменты исключать, если они случались ранее. Вспоминать необходимо только лучшее в общении с ним. Все девять месяцев такая женщина, как можно больше, стараться быть в уединении должна. Тогда ребёнок будет чувствовать её и своего отца. И пусть не рядом с ними будет муж-отец, всё ж, в ауре отца ребёнок находиться будет. Коль данного обряда действа женщина свершит, мужчина к ней придёт, вернётся к ней и к своему ребёнку. Пусть даже если слабой ранее его любовь была иль не было её совсем, в нём силой необычною любовь воспламенится, на добрые его призвав дела. Обряда этого действо, силу его много ведрусских женщин знали. Потом волхвы старались у женщин с памяти его стереть и применяли, лишь, когда уверенными были в отсутствии у женщины порочных чувств.
— Каких порочных чувств, Анастасия?
— При помощи обряда данного и будучи порочной, женщина влюблённая могла мужчиной завладеть её не полюбившим. И даже, если он живёт с другой женой. И даже, если близости с ним не было интимной.
— Но, как без близости интимной? Без близости ребёнок зачат быть не может, и кому она может, в этом случае, рассказывать об отце?
— Женщина могла зачать, не важно, от какого мужчины, а общаться с зачатым ребёнком от имени любимого. И любимого мужчину, тем самым, притягивать к себе.
К тому же, на любимого мужчину, не на того, кто с нею был на самом деле, ребёнок будет и внешне походить. Начнут теперь некоторые женщины уводить из семей понравившихся им мужчин с помощью этого обряда. Его нельзя публиковать.
— Ты публикуй его без опасения, Владимир. Я элемент один из этого обряда удалила, счастливую семью тетерь он не разрушит.
Господи! Какие же колоссальные, поистине Божественные знания утрачивает человечество?

Давайте посмотрим, как происходили роды детей в ведрусской семье. По рассказу Анастасии, происходило следующее.
Мама и бабушка рассказывали роженице, какие у неё должны появиться симптомы, ощущения накануне родов. Вот и бабушка Любомилы в подробностях рассказывала, как она рожала своих детей. Ведрусская женщина рожала, как правило, в собственном доме, в деревянном корыте, наподобие нашей ванны, только более короткой по длине и менее глубокой. Это была специальная ёмкость, предназначенная для родов, она же впоследствии использовалась и как колыбель для младенца. В неё заливалась чистая родниковая вода, подогретая до температуры тела. С боку ванны, с наружной стороны, были выступы, на которые женщина ставила ступни ног. Края ванны были загнуты так, чтобы за них удобно было держаться руками. Температура воздуха в помещении не определялась тогда градусником, говорили, что она должна быть такой, чтобы обнажённое человеческое тело не ощущало ни жары ни холода, при спокойном состоянии. Ванна для рожениц ставилась на пол и поворачивалась так, чтобы сидящая в ней женщина смотрела на восход. Рядом с ванной ставился ещё один сосуд с водой, поменьше. На скамейку, поставленную рядом с ванной, клались четыре льняных рушника без вышивок и рисунков. Ткань должна была быть не грубой. При ведрусских родах в комнате, вместе с роженицей, находился только её муж. Ни опытные бабки-повитухи, ни родители или ближайшие родственники в комнате не находились.
Перед началом схваток, отец поджигал заранее сложенный у входа в поместье костёр, из которого шёл белый пахучий дым. Вот у этого костра и собирались, как правило, ближайшие родственники, приходила опытная бабка-повитуха, часто волхв. В узелках и корзинках родители роженицы и её мужа приносили с собой еду, напитки, садились на скамейки под навесом, сооружённым рядом с костром мужем роженицы. По ведрусским правилам, никто из них не имел права переступить границу поместья. Муж роженицы также не имел права подходить к ним и даже издали разговаривать. Такие правила — не плод неких суеверий, это — очень точный, психологически выверенный приём. Никто и ничто не должно отвлекать мысли отца, а уж, тем более, роженицы
от приёма своего ребёнка. Однако, присутствие у входа в поместье родителей, опытной бабки-повитухи действовало на молодых будущих родителей успокаивающе. Они, в случае нестандартной и опасной ситуации, всегда могли прийти на помощь. Случалась такая необходимость крайне редко. Во время схваток мать постоянно разговаривала с рождающимся ребёнком, подбадривала его, помогая без страха вступить в новый для него мир. Ведруссы хорошо понимали, насколько важно общаться мысленно и вслух с рождающимся человеком, так в процессе участвуют мать, ребёнок и отец. Также очень важно, чтобы первый взгляд матери на новорождённого был без испуга из-за его внешности (приплюснутого пока носика, родового цвета кожи и т.п.), ласковым и восторженным. Рождённого в воду ребёнка отец вынимал из воды, сразу ртом отсасывал слизь из его ротика и носика и клал на живот матери, которая затем давала ребёнку грудь. Это провоцировало отход плаценты, которую отец помещал в заранее приготовленную ёмкость, а затем, обрезал продезинфицированным на огне ножом пуповину и завязывал её. Потом отец брал на рушник ребёнка, омывал его, заворачивал во второй рушник, клал на постель, омывал жену водой из сосуда, стоящего рядом с ванной, вытирал её чистым рушником, провожал к постели, на которой лежал ребёнок. Далее отец ртом или руками нацеживал из груди жены молоко и окроплял им льняную простыню, которой накрывал родившую жену с младенцем, лежащим у неё на животе или груди. Потом отец садился, смотрел молча на жену, и если она хотела, то разговаривала с ним, если засыпала, он не уходил из комнаты. Затем, примерно, через пятнадцать минут, зажигал заранее заложенные дрова в очаге. Воду, в которую происходили роды, и воду, которой омывалась роженица, он выливал между двух деревьев, посаженных вскоре после зачатия. Там же прикапывалась плацента. Собравшиеся у входа в поместье родственники видели дым из трубы, действие отца понимали — роды произошли успешно — и, с этого момента, начинали поздравлять друг друга и угощать принесённой с собой пищей или напитками, после чего, расходились по домам.
Ведруссы понимали: младенец ещё в утробе матери ощущает мысли и чувства родителей. При появлении на свет, он продолжает находиться в родительской ауре. Если в помещении будет находиться кто-то посторонний, даже родственники, с добрыми мыслями о младенце, всё же, их чувства, пусть даже добрые, ребёнку не знакомы; они будут вызывать в нём насторожённость. К тому же, вольно или невольно, родственники будут отвлекать от младенца мысли его родителей, в психологическом поле которых ему наиболее комфортно. В доказательство этому можно провести эксперимент.
Многие женщины знают, что при кормлении ребенка нельзя отвлекаться на посторонние разговоры, мысли, особенно о плохом. Они сосредотачиваются на своём ребёнке, на его кормлении, мысленно разговаривают с ним. Чтобы получить доказательства того, что младенец действительно чувствует мысли матери, попробуйте войти в комнату, где она кормит ребёнка, и заговорите с кормящей матерью. Ребёнок сразу же забеспокоится, может даже перестать сосать грудь, заплакать. Ему стало некомфортно, мысль мамы о нём ослабла или ушла куда-то от него. С младенцами, матери которых не знают важности психологического контакта со своим грудным ребёнком, болтают во время кормления с кем угодно или думают о своих проблемах, подобного вообще не происходит. Почему? Да, потому, что их ребёнок вообще не знает, что это такое, психологический контакт со своей матерью. У него его никогда не было, а, следовательно, ему и сравнивать не с чем.
Есть древняя поговорка: «Впитал с молоком матери». Что сегодня впитывают с молоком матери младенцы?
Человеческое сообщество научилось создавать всевозможные спутники и межконтинентальные боевые ракеты. И утратило более важное — культуру рождения и воспитания человека. В итоге и направляют боевые ракеты люди друг на друга. Зная эту культуру, Радомир и Любомила осуществили переход своего сына-первенца из материнской утробы в новый для него мир достаточно плавно и безболезненно. Возможно, даже радостно и для себя, и для младенца. Любомила рожала легко и безбоязненно. Даже весело. Когда младенец пошёл, она издала не крик боли, а радостный, приветственный. Сама вынула его из воды и прижала к себе. Когда Радомир обмывал Любомилу чистой водой, а потом вытирал её, ему хотелось расцеловать каждый квадратик её тела. Ещё ему хотелось стать перед ней на колени. И он встал на колени, когда лежала улыбающаяся Любомила с сыном-младенцем под простынёю. Встал и сказал негромко и проникновенно:
— Спасибо, Любомила. Ты — сотворила, ты — богиня. Ты можешь претворять мечты.
— Мы сотворили, Радомир, — ответила ему с улыбкой Любомила.

Жизнь продолжалась на Земле. Но жизнь иная. Великая цивилизация Ведрусская, её традиции, обряды и культура, существовавшие десятки тысяч лет, были заменены на хаотичное варварское обустройство человеческого сообщества. Началом его стала в нашем государстве княжеская Русь. Рабовладельческий период начинался, и длится он, вплоть до сегодняшнего дня. Пришло такое время, когда люди стали понимать необходимость поиска своих любимых. Раньше внушалось, будто сами, волею судьбы, влюблённые должны встретиться. Конечно это — так, но ведь, судьбою может человек сам тоже управлять. Или, хотя бы, знак подать судьбе, чего желает от неё сам человек. Как часто в семьях современных между супругами совсем нет общей интересной темы для беседы. Нет общих дел и общих устремлений. Два человека, поженившись, совместно в доме проживают, а каждый думает, мечтает о своём. Такие люди друг другу становятся чужими, а жизнь совместная их раздражает лишь.

Обряд венчания для женщин, уже имеющих детей.

В нём главной силой выступают мысли, желания троих людей совместно строить будущее. Роль женщин в подготовке к этому обряду основной является. Женщина должна суметь объяснить ребёнку необходимость жить семьёй, необходимость иметь отца и вместе с ним создавать поместье, строить дом, сажать сад. Когда у ребёнка возникнет, родится такое желание, необходимо его привлечь к поиску будущего супруга и отца. Каждая мать знает своего ребёнка лучше других, и какого-то единственного способа добиться желаемого результата нет, у каждой матери он разным может быть, главное — достигнуть цели. У многих детей далеко не сразу возникает желание, чтобы у матери, в их доме появился какой-то человек. И пока желание ребёнка не возникнет иметь отца, искать его совместно с мамой, лучше никого в дом не приводить. Роль матери в подготовке к обряду венчания только вначале основной является. В момент совершения обряда, основной энергетической силой будет мысль ребёнка. Если мужчина и женщина решили совместно жить, а ребёнок у женщины совсем маленький, они могут совместно жить, не совершая обряд, пока ребёнок не подрастёт и не станет осмысленно понимать суть семейной жизни. Для его осмысленного понимания и должны прилагать совместные усилия мужчина и женщина. Если ребёнок, подрастая, воспринимает своего отчима, как родного отца, этот обряд венчания всё равно необходим. Так как он способен породнить с отцом по духу и по крови приёмных сына или дочь. Этот обряд может оказывать огромное благотворное воздействие только в том случае, если совершается на земле будущего родового поместья, независимо, мужчина начал первым его обустраивать или женщина, важно, чтобы оно нравилось всем, и, в первую очередь, ребёнку. Происходить обряд должен под открытым звёздным небом. Должен гореть костёр или три свечи. Светлане и Ивану повезло: после их обоюдного признания в желании совместно строить жизнь над ними в небе было много звёзд, горел ещё костёр и не пришлось ждать другой ночи, а обвенчаться сразу. И сделали они всё правильно.
Иван, Светлана стали перед Димой, и первым заговорил Иван, на звёзды посмотрев:
— Здесь, на земле поместья родового, хочу наш род к счастливой жизни привести. Построить дом, сад посадить. Тебя прошу я, Дима, мне своё согласие дать навечно с матерью твоею повенчаться, мне сыном родным стать.
— Я буду очень рад, если ты, Иван, будешь с мамой жить и со мной. Даже учиться, возможно, лучше стану. А можно тебя папой буду называть?
— Конечно, — ответил Иван.
Потом заговорила и Светлана:
— Спасибо тебе, сынок, ты мне помог мужа отыскать. Ему женой я верной стать согласна. Жена заботиться должна о муже. Позволь, сынок, и мне заботой окружить Ивана, твоего отца.
— Конечно, мама, ты обязательно заботься об Иване. И я буду заботиться о нём.
Слова не обязательно одни и те же в обряде данном говорить. В нём главной мысль является, которая услышанной должна планетами быть, в данный момент стоящими над венчающейся парой, их ребёнком иль детьми. Для этого, необходимо из заранее принесённого сосуда с широким горлом, например,
стакана или кружки, каждому из участников набрать воды, отпить не менее трех глотков и, наливая воду на ладонь, волосы омыть. Потом, все трое ложатся на траву, не менее чем на девять минут, голова к голове, за руки берутся и смотрят в небо звёздное, мысленно прося планеты, стоящие над ними, помочь счастливой жизнь построить роду и попросить любовь в поместье поселиться родовом. Так и случится, если будет искренней у всех троих и сильной мысль.
Любовь не обязательно в момент венчания должна сильной быть. Достаточно симпатии взаимной или увлечения. Любовь придёт к ним сильной непременно. Например, у ведруссов она почти всегда случалась через год иль два.
Обряд — этот сильнейший, он не оккультный. Когда хотя бы часть знаний астрономы, психологи вернут, что были в прошлом у людей, поймут его космическую силу. Принимают в нём участие растения, вода, Земля, планеты и мысль людская. В единое желание людей сливаясь, стихии направляет себе во благо и Космоса Божественную суть. Конечно же, и человека жизнь, во многом, под воздействием планет творится, но, в данном случае, обряд такой свершая, три человека, воедино слившись, дают задание планетам или просьбу скрепить союз во благо их. Планетам просьба человека, когда цель его программе Бога соответствует, является великим даром, гордостью собой и человеком. Его осмысленное искреннее обращение приводит в небе множество планет в восторженное, благостное ускорение. Тела небесные, в такой момент стоящие над лежащими людьми, между собой негласный союз заключат людям этим помогать в деяньях их. Это открытие волхв сделал, он девяносто лет к своему открытию шёл. Планеты наблюдал, сопоставлял с деянием людей. Когда этот обряд учёные-волхвы пытались осмыслить, то к выводу пришли: каким-то чудным образом планеты иль космических энергий сила стирает с памяти людской из прошлой жизни неприятные воспоминания, высвобождая место для новых ощущений светлых. Ещё эти энергии с восторгом роднят троих людей между собой. Вот ты, Владимир, о телегонии мне говорил, науке современной известным стало, как некие энергии участвуют в формировании телесных тел животных и людей. Заметь, энергии, не видимые глазом, и не в материи видимой заключены они, но действенна их сила. Причём, участие их происходит по воле человека. Когда по воле действуют они, то во сто крат сильней становятся их действия.

Обращения к мужчинам всех стран.
Господа мужчины, многие из вас и особенно те, у кого не сложилась семейная жизнь, хотели бы встретить ту единственную женщину, с которой можно обрести радости совместной жизни. Но, где можно найти такую женщину?
Едва ли не единственный способ — обращение в одно из многочисленных брачных агентств. Однако, обратите внимание, почти все они на первое место выдвигают внешние данные, возраст, лишь слегка касаясь характера и жизненных устремлений. Да и это «слегка» никак не подкреплено достоверностью. А достоверность…
Появились женщины, открыто предлагающие свою молодость, красоту и улыбку, готовые заключить с вами брачный контракт, при условии, если вы богаты и можете обеспечить их материальными благами. В Москве уже и кафе существуют, где собираются красивые претендентки на богатых женихов. Явление это — не новое.
«Но что плохого в нём? — думают отдельные мужчины. — Я имею достаточно средств и могу позволить себе заключить брачный контракт с молоденькой красавицей. Пусть она ублажает меня в постели, и пусть мне завидуют на светских тусовках, ведь, общаясь с молодыми, и сам молодеешь».
Всё это так, но есть одно «но». О чём думает и мечтает ваша молодая сожительница? Она ведь, живой человек и способна к увлечениям и любви, а объект её любви — отнюдь не вы. Тут- то и возникает желание избавиться от вас, как от помехи на пути к счастью. Таким образом, думая, что вы приводите в свой дом добрую и ласковую красавицу, на самом деле, вы сами вводите в свой дом ядовитую змею. Отличие — лишь во внешности, а потому, вместо того чтобы поместить эту змею в аквариум с прочным стеклом, вы кладёте её рядом с собой в постель. Может быть, в противовес пагубным явлениям нашей жизни и появились женщины, предвестницы новой счастливой цивилизации. Они, строящие родовые поместья, не просто крышу над головой сооружают, они закладывают начало новой жизни. Начало!
Умирающий миллиардер воспрянет, обретёт молодость, встретив подобную женщину. Процветающий бизнесмен зачахнет без неё. Не деньги продлевают жизнь, а мысль вашей любимой и пространство Любви, созданное вместе с ней. Не просто продлевают, а вечной делают её, обеспечив условия для скорого и осмысленного перевоплощения. Какие бы слова ни написал я, какие бы ни приводил аргументы, они не затронут сердца так, как может затронуть ваше сердце знакомство с этими женщинами. Попробуйте встретиться с земными богинями вечности. И, возможно, ваша встреча будет похожа на ту, о которой рассказала Анастасия.

Осмысленные надо обычаи вернуть, обряды наших предков. Их надо только как-то к современности приспособить. Вообще, я начинаю понимать, что это даже не обряды в обычном понимании этого слова. Это — великая наука о жизни. А волхвы — величайшие мудрецы и учёные.

Поделиться ссылкой:

Post Author: admin

Добавить комментарий